ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ

Интернет-газета

Татьяна Корнякова в интервью «Фактам»: «Теперь на меня никто не давит…». Сглазила!

Posted by operkor на Июль 15, 2010

 Буквально на днях заместителю Генерального прокурора Татьяне Корняковой принесли пухлый пакет с документами. В кои-то веки это было не уголовное дело, а собранные фирмой… документы о предках Татьяны Всеволодовны, в девичестве Анненковой, род которой по отцовской линии восходит к декабристам. Теперь замгенпрокурора планирует издать историю рода отдельной книгой, которую напишет 85-летняя мать Татьяны Корняковой.

 — Представляете, оказалось, что два моих деда закончили Харьковский юридический университет (сейчас это академия). Один — в 1738 году, а другой — в 1846-м. А я сейчас в Харьковской юридической академии заканчиваю писать докторскую диссертацию, — рассказала «ФАКТАМ» генерал Татьяна Корнякова.

 

«Ежегодно езжу в Париж на могилы предков».

  — Наверное, 1917 год изменил ход не только мировой истории, но и истории вашей семьи.

— Одна из моих бабушек похоронена в Париже, — рассказывает Татьяна Корнякова. — И не одна она — на Сент-Женевьев-де-Буа у Анненковых семь могил. Кто-то из родственников выехал из России в 1913-м и 1914-м, кто-то — после революции. Кстати, сейчас из генеалогического древа узнала об Анненковых, попавших под репрессии 30-х годов.

В Париж на могилы предков ездите?

— Каждый год. Во-первых, потому что ежегодно положено проплачивать кладбищенский сбор. Во-вторых, мы, Анненковы, подреставрировали кое-какие могилы. Моя родная старшая сестра живет в Санкт-Петербурге, вместе с ней мы нашли дальних родственников, живущих в Москве, Киеве, Харькове. А меня, кстати, разыскала моя троюродная сестра Анна Крюкова. Она кандидат наук, работает в университете имени Драгоманова. Потом мы нашли еще и киевских родственников. Две недели назад все Анненковы собирались, заказали всем одинаковые медали с гербом рода.

— В вашей семье поддерживаются дворянские традиции? Ну, скажем, обеды на крахмальных скатертях, с фамильным серебром и фарфором…

— Фамильное серебро у меня действительно есть, а вот фарфора никакого. Что же касается обедов на скатертях, с ножами-вилками и другими приборами — так это у нас принято с детства. И в моей семье традиций не нарушают.

— Знаете, в прессе вас называют политически незаангажированным прокурором.

— Так и есть. Я не являюсь членом какой-либо партии. А вот друзья, которым я симпатизирую прежде всего как профессионалам, у меня есть во всех партиях.

— На вас частенько пытались оказывать давление?

— Сейчас на меня не давит никто. В отличие от Секретариата «помаранчевой» власти, из которого каждый день спрашивали: «Ну что там уже сделано? Что сделано?» Такие стрессы мы пережили. Александр Иванович Медведько, помню, как-то даже сказал мне: «Лучше написать рапорт об отставке, но творить беззаконие мы не будем». Я была настроена так же, как и он.

Наверное, не боялись остаться без работы. Вы ведь не раз в рейтингах различных украинских изданий входили в первую двадцатку или даже десятку самых влиятельных женщин страны. Как думаете, на что вы реально влияете?

— Мы выявляем нарушения и отшлифовываем доказательную базу. На это я со своей командой влияю, и делаем мы это публично. Но на конечный результат, к сожалению, повлиять не можем. Его определяют судьи, и мне редко удается довести даже серьезные, хорошо подготовленные дела до таких же серьезных приговоров — дела эти нередко закрываются судами.

Ведь прокурорские обвиняемые — это, как правило, власть имущие, богатые люди. Иногда доходило до абсурда — на все слушание расследуемого много месяцев дела суд отводил… 20 минут. Р-раз — и закрыли. Ходим дальше по инстанциям… Или вот совсем свежий пример. 25 мая этого года Генеральная прокуратура Украины возбудила одно из дел, касающихся нарушения бюджетного законодательства. Речь о том, что бывшее руководство департамента капстроительства МЧС Украины купило в Кагарлыкском районе Киевской области для чернобыльцев 40 квартир за 17 миллионов гривен при их реальной стоимости 6 миллионов гривен. Но постановление о возбуждении уголовного дела уже обжаловано и слушается в Печерском райсуде. В этом суде «погорело» немало резонансных дел.

 «Я до ночи танцевала с геологами, не могла остановиться».

 — Когда в последний раз от души оторвались?

— Позавчера. У мужа моей подруги Валентины Гошовской был юбилей. Он геолог, и на праздник к нему съехались коллеги из всех стран СНГ. Я с теми геологами танцевала до ночи, не могла остановиться. И вальс, и современные танцы.

— А с мужем танцуете?

— Почти никогда — он не очень любит танцевать. Я, кстати, уже тридцать лет замужем, и у нас едва ли не единственная в Европе семья, где и жена, и муж — генералы (мой муж работает в налоговой службе).

— Получается, вы в семье на равных?

— Мы живем вместе уже тридцать лет и всегда друг друга понимали. Семья у нас очень дружная. Мы с мужем живем вдвоем, дочка с зятем и двумя внуками (девочке два года, а малышу — четыре месяца) — отдельно. Кстати, дома никогда не говорим о работе.

— В этом, видимо, и заключается секрет вашего семейного счастья. Проблем-то на вашей должности всегда хватает.

— Я люблю свою работу — у меня есть возможность помочь людям. Кто из нас не слышал фразу: «Этим должна заниматься прокуратура»? А ведь на самом деле в прокуратуре работает очень мало людей по сравнению, например, с любым министерством, которое по сути и является органом контроля. Скажем, у меня в управлении, в главке, работают всего 80 человек. И они занимаются охраной природы, защитой прав детей, всеми экономическими и социальными нарушениями, привлечением к административной ответственности и т. д. Но если бы каждое министерство исполняло свои функции, у прокуратуры появилась бы возможность совершенствовать непосредственно только надзорную деятельность.

Я почту расписываю два раза в день — посмотрите, какие стопки приходят. А ведь мне приносят не все обращения — только от Администрации Президента, депутатов, Кабмина, инвалидов, министерств и ведомств. Обращения граждан расписывают начальники отделов, а мне приносят лишь повторные.

— О чем чаще всего идет речь в этих обращениях?

— О задолженностях по зарплате, проблемах детей, рейдерстве, нарушениях земельных прав, экологических, медицинских и административных проблемах. В этом году таких обращений уже около 30 тысяч. А это значит, что множество проблем не решается.

— Какие конкретные случаи вы можете вспомнить?

— Один из них связан с ликвидацией последствий наводнений в западных областях. Я всегда туда выезжаю, знаю проблему и, кажется, уже перебрала своими руками все камешки в карпатских речках. В прошлом году, когда от наводнения погибли 37 человек, на ликвидацию последствий паводка было выделено 4 миллиарда гривен. Так вот, асфальт, якобы уложенный на эти деньги, уже поднимается горой, а отстроенные мосты рушатся после окончания ремонтных работ. Местные жители мне говорят: «Ось подивіться на цей міст. Його побудували австрійці 150 років тому. А наш місточок простояв лише півроку».

— Это местные злоупотребления?

— Как правило, нет. Строительные фирмы присылали из Киева, а губернаторы жаловались: «Они ничего не умеют, но их прислали «высокие люди». И это в то время, как местные хорошие строители сидят без работы». Приходилось и с этим явлением бороться.

— Вы занимались и земельными проблемами, наводили порядок в Крыму. Прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию с детским противотуберкулезным санаторием «Юность» в Симеизе. В редакцию приходят письма, в которых местные депутаты жалуются: землю у санатория забрали частные лица, доступ к морю больным детям недоступен. И это в условиях, когда в стране пандемия туберкулеза.

— Несмотря на то, что земля детского противотуберкулезного санатория «Юность» в Симеизе находится в госсобственности, в апреле Симеизский сельсовет принял решение разрешить коммерческому предприятию «Корол Лимитед» разработать техническую документацию и составить проект на право пользования санаторской землей. Фактически этим было положено начало процедуры ее приватизации и отчуждения. Прокуратура Ялты опротестовала это решение сельсовета, но он требования прокуратуры… отклонил. После этого, 10 июня, прокуратура Крыма обратилась с иском в административный суд автономии. Этот иск до сих пор не рассмотрен.

— За последние годы люди, мне кажется, настолько разочаровались, потеряли надежду на справедливость.

— Люди устали и разуверились во всем. Я, например, наблюдаю, что произошло с одной моей приятельницей, очень активной женщиной, которая всегда интересовалась политикой. Теперь ей это абсолютно неинтересно. Волнуется, где взять хорошие чистые продукты, как дать ребенку образование, повысится ли зарплата. Такое же разочарование вижу у многих. А ведь сколько было ярких идей, обещаний. Осталось же одно опустошение.

— И у вас тоже?

— Я просто хочу, чтобы люди стали жить лучше. Сейчас занимаюсь тем, чтобы заработали пионерские лагеря. К сожалению, процесс «дикой» приватизации привел к тому, что многие пионерские лагеря за последние десять лет распроданы. Прокуратура через суд отвоевала 120 таких лагерей, сейчас судимся еще за семь… Но и мне бывает очень тяжело.

 Источник: http://www.facts.kiev.ua/

Комментарий «Хроник»

Когда интервью было уже опубликовано, стало известно, что на днях Татьяна Корнякова подала заявление об отставке по собственному желанию  с должности заместителя Генерального прокурора. Заявление было тотчас удовлетворено. О причинах отставки не сообщается…

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: