ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ

Интернет-газета

ТЯЖЕЛАЯ АТЛЕТИКА Леонида Жаботинского. Часть 2. Самый сильный человек планеты

Posted by operkor на Январь 26, 2011

Двукратный Олимпийский чемпион по тяжелой атлетике, самый сильный человек планеты второй половины 60-х годов ХХ  столетия, заслуженный мастер спорта, Почетный гражданин египетского города Суэца и украинского — Запорожья Леонид Жаботинский. На днях известному запорожцу исполняется 73 года. Сегодня  Леонид Иванович —  наш собеседник. 

 «…Как победитель Олимпиады, я нес знамя сборной СССР. Нес в одной руке. А полотно весит 16 килограммов. Да еще ветер был. Когда  проходил мимо императора Японии, я не стал преклонять знамя, потому что побоялся при перехвате рукой уронить его. Решил: пройду гордо, красиво, пусть наш стяг высоко реет.  На второй день – партбюро. «Чесали» меня по всем правилам…»

Часть 2. Самый сильный человек планеты

— То есть, уже в 20 лет вы вышли на большой помост, где выступали настоящие мастера тяжелой атлетики – Медведев, Власов и другие.

— Да, это уже был успех, хотя тягаться с такими тяжелоатлетами мне было еще не под силу. Но у меня был хороший пример перед глазами, было на кого равняться, у кого учиться. Власов старше меня на три года. К тому времени на его пиджаке уже красовался значок заслуженного мастера спорта.

— А в 1961 году вы  стали «пятисотником», на чемпионате СССР преодолели 500-килограммовый рубеж в троеборье.

— Да, это было в Днепропетровске. Я неплохо тогда подготовился. Волновался, конечно. Но 500 килограммов поднял. Власов пожал мне тогда руку, поздравил. В то время он  все чаще поглядывал в мою сторону.

— Власов на тех соревнованиях, кажется, побил мировой рекорд американца Андерсена?

— Ну, да. Так и было. Юрий Власов  набрал в троеборье 540 килограммов. Это был новый мировой рекорд. Я  в восторге выбежал на сцену, схватил героя на руки и, почти не ощущая его 120-килограммового веса, легко понес его. Это был большой успех советских тяжелоатлетов. У нас на глазах Юрий Власов доказал всему миру, что нет предела людской силе и воле.

— А Власов тогда якобы в шутку сказал: «Леня, ты меня когда-нибудь так из спорта вынесешь». Это правда?

— Да, это было. Но это был порыв радости за успех нашей команды тяжеловесов. Мы тогда установили семь мировых рекордов.

— Давайте  поговорим о том, как начинался и продолжается до сих пор период вашей жизни, связанный с Запорожьем.

— Это было, по-моему, в августе 1961 года. Мы приехали на спартакиаду Украины по тяжелой атлетике. Проходила она в Дубовой роще. Я выиграл чемпионат спартакиады в тяжелом весе. Вечером  после спартакиады мы с товарищем решили сходить на концерт Штепселя и Тарапуньки, который проходил в концертном зале имени Глинки. Я по  сегодняшний день обожаю этих замечательных артистов – Березина и Тимошенко. Приходим, а билетов нет. Подошли к администратору, говорим:  мы – спортсмены, хотим посмотреть выступление знаменитых артистов. Он пошел нам навстречу. Нам продали билеты на приставные стулья. Стулья были приставлены к рядам.  Рядом со мной оказалась симпатичная девушка, которая пришла на концерт с мамой. Познакомились. Это была моя будущая жена Рая, с которой мы живем уже без малого полвека.

— То есть, та встреча с девушкой в концертном зале оказалась для вас роковой?

— Да. Я уехал к себе в Харьков, а Рая осталась в Запорожье. Но та романтическая беседа, которая началась в Дубовой роще,  продолжалась в письмах. А через несколько недель я, не выдержав разлуки, снова посетил Запорожье. Набрался храбрости и познакомился с Раиными родителями. А в конце года я распрощался с Харьковом и сделался, как меня стали называть журналисты, «запорожским казаком». Рая Прокофьева стала моей женой. Мне шел тогда 23-й год. Вот с тех пор и живем мы душа в душу.

— Я знаю, что своими спортивными достижениями вы во многом обязаны Раисе Николаевне…

— Да, это так. Лучше женщины, чем Рая, я не встречал в своей жизни. Она мой самый верный и надежный друг. Моя Раечка – великолепная хозяйка, заботливая мама, внимательная бабушка, прекрасный собеседник и самая надежная опора моей жизни. Говорю это вполне осознанно: без ее психологической поддержки, без ее помощи словом и делом, без добросердечного причастия к моему помосту я не достиг бы тех успехов, которыми увенчан мой путь в большом спорте. Ее вклад в обучение и воспитание подрастающей смены достойно оценен. Рая – заслуженный учитель Украины. Среди ее учеников и воспитанников – много известных и авторитетных людей.

— Выходит, знакомству со своей будущей супругой вы обязаны Штепселю и Тарапуньке…

— Как-то при встрече с ними я поведал им эту историю. Тимошенко (Тарапунька) сразу сориентировался: «Так! Оце, — каже, — наливай, бо ми тебе женили». Ну,  посидели тогда с ними нормально, пообщались. Артисты они удивительные и люди хорошие.

— Как встретила вас запорожская земля?

— Приняли меня  тепло и приветливо. Долго привыкать не пришлось.  Вскоре я почувствовал себя своим человеком в городе металлургов и энергетиков. Работать я стал инструктором физической культуры и спорта в тресте «Запорожстрой». А «сосватал» меня туда Константин Сергеевич Ельцов – председатель областного совета профсоюзов, к которому я обратился по рекомендации моих новых друзей. Константин Сергеевич хорошо знал цену спорту, приложил много усилий для его развития в Запорожье. Немало сделал он для этого и будучи директором завода «Днепроспецсталь». Так же приветливо принял меня и председатель областного совета спортивного союза Александр Денисович Тимофеев. И уже на другой день я приступил к новой своей работе.

— А как же с учебой в институте? Вы же его еще не закончили.

— Пришлось перейти на заочное отделение. Работал, учился и тренировался. В том же 1961 году меня призвали в ряды Советской Армии. На первых порах служить пришлось в Запорожье, в спортивном клубе Одесского военного округа. Попал я в команду штангистов к опытному наставнику Семену Суслову – опытнейшему тренеру Вооруженных Сил в 50-х годах. В команде царил дух творчества, устоялись хорошие традиции. Офицеры и сверхсрочники опекали молодых воинов-спортсменов.

— Вы были рядовым солдатом.  Кирзовые сапоги носили?

— А как же! Правда, первое время ноги натирал сильно. Потом научился правильно наматывать портянки, все пошло нормально. К тому же тренер подарил мне свои 48-го размера сапоги. Вскоре мои спортивные достижения дошли до командующего округом генерал-полковника танковых войск, Героя Советского Союза Амазаспа Хачатуряновича Бабаджаняна. Он пожелал со мной встретиться. Говорили мы минут сорок и очень тепло расстались. На прощание он подарил мне свою фотографию в парадной форме, которую я бережно храню в семейном альбоме.

— Раз сам командующий обратил на вас внимание, значит, вы росли как спортсмен?

— На первенстве Одесского военного округа мне удалось установить новые рекорды Украины. Выступая на чемпионате Вооруженных сил, я занял второе место. После этих соревнований меня оставили на учебно-тренировочном сборе ЦСКА.

— Это уже было признание вас как перспективного тяжелоатлета на Союзном уровне?

— Можно и так сказать. Это была моя мечта тренироваться вместе со всеми атлетами, которые уже вписали свои имена в историю всемирной тяжелой атлетики. Целых 24 дня мне довелось тренироваться с Юрием Власовым, наблюдать его со стороны. Год назад, когда я с ним встречался на соревнованиях в Днепропетровске, мои достижения были относительно слабыми. Но в этот раз я почти вплотную приблизился к мировым рекордам. Так что не случайно сам Власов поглядывал в мою сторону.

— А когда вашим тренером в сборной СССР стал Алексей Медведев, у Власова, наверное, еще больше появилось оснований оглядываться на вас.

— Да, Алексей Сидорович не только великий спортсмен, но и талантливый тренер. У нас с ним было полное взаимопонимание. Мы симпатизировали друг другу. Мне нравилась его методика тренировки. Мне нравилось наблюдать, когда он сам тренировался. Я же еще с ним выступал в команде тяжелоатлетов. Только я там был пятый или шестой. А он был чемпионом Советского Союза, призером. Это он подсказал мне, чтобы я вел дневник, убедил увеличить нагрузки на тренировках. Если раньше я на тренировках поднимал 5-6 тонн металла, то при нем эта цифра увеличилась до 30-35 тонн за тренировку. А  тренировок было четыре в неделю.

— Он намного старше  был?

— Ему сегодня было бы 76 лет. Но два года назад его, к сожалению, не стало. Не обратился вовремя за медицинской помощью по поводу аппендицита.  Его сын Александр – академик,  возглавляет федерацию тяжелой атлетики Москвы.

— Леонид Иванович, в своей книге вы по-доброму вспоминаете еще одного вашего тренера – Ефима Айзенштадта. Он тоже тяжелоатлет?

— Да. Ефим Самойлович был призером, чемпионом Украины по тяжелой атлетике. Это известный тяжелоатлет и прекрасный тренер-наставник. Он, как никто, умел чувствовать и понимать спортсмена, считался с его мнением. Мне с ним работалось комфортно. Мы и сегодня с ним дружим, общаемся. Он живет в Киеве.

— Приближалась Токийская олимпиада. Вы были готовы к ней?

— Для тех, кто внимательно следил за советской атлетикой, мои результаты на Олимпиаде не были ни сенсацией, ни чудом. Я к ним  шел твердой, уверенной поступью. Шел долгие годы и каждый из них был отмечен упорным трудом. В 1960 году я уже занял второе место, вслед за Власовым, на чемпионате СССР, набрав в троеборье 500 килограммов.

На тренировках до этого и на соревнованиях на кубок Москвы я побил мировой рекорд Власова. И не один раз, а несколько раз. Результат американца Роберта Шеманского в рывке двумя руками на чемпионате мира, по-моему, в Стокгольме тоже побил. Мне тогда дали, как отдельным упражнением, выступить. А за команду выступал Власов. Да, я был готов к участию в Олимпиаде. И я это доказал, став чемпионом 17-х Олимпийских игр.

— Но на Олимпиаду тогда, говорят, вы попали случайно, благодаря американцам.

— Действительно, единственным претендентом на Олимпийские игры был, конечно, Юрий Власов. Меня как бы держали в запасе,  на предолимпийских сборах я находился. Но американцы отправили на Олимпиаду двух своих супертяжей — Норберта Шеманского и Гарри Губнера. Тут наши тренера и призадумались. Пообщались между собой, и Аркадий Никитович Воробьев, старший тренер сборной СССР,  решил тоже послать в Токио двоих тяжелоатлетов.  На последнем учебно-тренировочном сборе во Владивостоке собрался тренерский совет и мне объявили, что я тоже еду на Олимпиаду.

— О поединке Власова и Жаботинского на Токийском помосте написано и сказано много. Для многих ваша победа оказалась неожиданной. Но факт остается фактом: вы победили с результатом 572,5 кг в троеборье. Вы стали Олимпийским чемпионом.

— Я дважды победитель  – чемпион Олимпиады и чемпион мира.

— Власов вас поздравил с  победой?

— Да, поднялся на помост, крепко пожал руку и поцеловал меня: «Молодец, Леонид,   не думал, что ты возьмешь 217, 5 килограмма. Поздравляю!».

— Но потом у вас якобы отношения с Власовым охладели. Говорили, что вы обхитрили его на помосте, не справившись с весом во втором подходе.

— К сожалению, так подумал и Власов. Но все это чепуха. Не было у меня намерения перехитрить соперника. При такой «хитрости» легче всего перехитрить себя. Да, я был готов взять этот вес, но за время между двумя подходами Власова несколько остыли мышцы, которые и не справились с рекордным весом.

— Как вас чествовали в Токио, потом в Москве, весь мир видел. А вот какую встречу вам оказали земляки – запорожцы?

—  Запорожье меня встретило на высочайшем уровне. Первый секретарь обкома партии, второй, вся запорожская элита. Для меня это было приятно. Встречали меня в аэропорту. А потом  чествовали на стадионе. Стадион весь был заполнен народом. Там и объявили меня Почетным гражданином Запорожья. Но тогда это было только на словах. Документально узаконено это лет 5-6 назад. Почетным гражданином объявил меня тогда первый секретарь горкома партии Евгений Александрович Пьянков. Это тот секретарь, при котором в Запорожье построены цирк и Дворец спорта. В этой работе тогда принимали долевое участие все промышленные предприятия города.

— Вам вроде бы тогда автозавод «Коммунар» подарил «Запорожец»?

— Никто «Запорожец» мне не дарил.

— Но я об этом где-то читал.

— Я тоже об этом читал.  Писали, что я «Запорожец» из песка вытаскивал, когда он буксовал. Это было. А машину «Волгу» двадцать первую, списанную, мне продали через КГБ. Вот на ней я и ездил.

— Рафаэль Азизович Мурадян, бывший директор завода искусственных кож, рассказывал, что когда вы ехали по городу на своей «Волге», то вас обязательно сопровождал  гаишник.

—  Такое действительно было. Капитан милиции Михаил Кретов сопровождал меня. Он был закреплен за мной. Это было решение горисполкома.

— В выходные дни, говорят, вы любили отдыхать со своими запорожскими друзьями на Хортице.

— Это было прекрасное время. Я могу сказать, что у меня сохранилась дружба с такими людьми и поныне. Например, с мэром Запорожья Евгением Григорьевичем Карташовым. А с Рафаэлем Азизовичем мы не просто друзья. Мы дружим семьями уже много лет. Да и вообще в Запорожье много наших друзей, которые меня поддерживали. С Петром Владимировичем Близнюком, мастером спорта по гандболу, который на протяжении многих лет успешно выступал за город Запорожье на республиканских соревнованиях, мы и по сей день дружим.

— Мне рассказывали, что и вы для Запорожья сделали немало. Если для города надо было выбить что-то, то использовали  авторитет олимпийского чемпиона Леонида Жаботинского. Было такое?

— О-о!!! Сколько угодно через меня просили. Не буду называть фамилии.

—  Вы недолго жили с семьей в Киеве и  перед  18-й Олимпиадой  снова вернулись в Запорожье. С чем это было связано?

— Ну, во-первых, такова была воля высокого начальства, чтобы олимпийский чемпион жил в столице. Во-вторых, на тот момент меня это устраивало, потому что я учился в аспирантуре Киевского института физической культуры.

— И квартиру там получили?

— Да. Моим соседом был Александр Иванович Покрышкин, трижды Герой Советского Союза. Можно сказать, нас познакомил первый секретарь ЦК КПУ Украины Владимир Васильевич Щербицкий.

— При каких обстоятельствах состоялась это знакомство?

— Как-то я решил посмотреть новую квартиру, которую мне предлагали. Подхожу к дому, а меня туда не подпускают. Капитан милиции сказал, что приехал «Сам», то есть Щербицкий. Я говорю: «Скажите, Жаботинский пришел». Через несколько минут слышу: «Проходите». Встретился со Щербицким. Состоялся короткий разговор. Квартиру мне предложили на седьмом этаже, но мне хотелось на третьем. В конце концов так и вышло. С Александром Ивановичем Покрышкиным мы жили дружно, вместе на охоту ездили.

— Но  вернулись в Запорожье. Почему?

— Все было нормально. Квартира великолепная. Но супруга: «Нет, поехали в Запорожье. Ты так никогда вторую Олимпиаду не выиграешь». Она как раз ребенка ждала. Двое детей, а она одна, некому помогать. Нанимать человека – знаете, сколько это стоило? Будьте здоровы! Но уезжать из Киева в Запорожье снова пришлось через Щербицкого.

— Не удивился Щербицкий?  Обычно люди хотят попасть в столицу, а вы добровольно отказываетесь от нее.

— Я ему объяснил: так и так, жена беременна, второй ребенок, а помогать некому.  Щербицкий переговорил с первым секретарем Запорожского обкома партии Михаилом Николаевичем Всеволожским. Говорит: «Леонид изъявил желание до Олимпийских игр пожить в Запорожье. Подберите ему квартиру, сделайте все, чтобы он был царем в доме». И я как переехал, так отсюда – никуда. И сейчас в этой квартире. Здесь дети выросли. Старший сын Руслан – депутат областного совета. А младший – Вилен – строительством занимается. Оба окончили военный вуз в Ленинграде. Только старший  еще и Донецкое политическое училище. Оба – мастера спорта по штанге.

—  Вернулись в Запорожье, и началась активная подготовка к очередной Олимпиаде?

— Да. В Норвегии выступили. Потом предолимпийская неделя в Мехико. Туда-сюда разъезжали. И после этого – Олимпийские игры. Задача стояла одна – привезти золотую медаль. За вторую Олимпиаду я получил орден Трудового Красного Знамени. А за первую должен был получить орден Ленина и Героя Социалистического труда. Но не получил. Вместо этого – тоже орден Трудового Красного Знамени.

— Это потому, что вы нарушили протокол, не поклонились японскому императору?

— Как победитель Олимпиады, я нес знамя сборной СССР. Нес в одной руке. А полотно весит 16 килограммов. Да еще ветер был. Когда я проходил мимо императора, я не стал преклонять знамя, потому что побоялся при перехвате рукой уронить его. Я решил: пройду гордо, красиво, пусть наш стяг высоко реет.

— И соответствующие службы вас за это крепко отчитали?

— На второй день – партбюро. «Чесали» меня по всем правилам. Это сейчас говорят: Леонид, да ты геройски проявил себя. А на то время «мотали» мне нервы  так, что я не рад был, что выиграл Олимпийские игры.

— А что Власов получил за Токийскую Олимпиаду?

— Орден «Знак почета».

— Кстати, как поживает сегодня Юрий Власов? Вы с ним общаетесь?

— Я с ним не встречаюсь, не видел его. Но когда-то мы были в одной команде, и были друзьями. Он 1935 года рождения, а я – 38-го. Чем он занимается сейчас – не знаю.

— В истории тяжелой атлетики дважды Олимпийскими чемпионами были вы и Алексеев. Всего два чемпиона. С ним  как отношения?

— С Васей мы перезваниваемся. Он в городе Шахты Ростовской области. Шахтерскую пенсию получает. У него все нормально.

—  Разве он не был военным, как и вы?

— Нет, военными были только я и Юрий Власов. А Султан Рахманов, Вася Алексеев, Батищев – это все профсоюзы.

Николай Зубашенко, журналист

Продолжение следует

Постоянный адрес:  «ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ» https://operkor.wordpress.com.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: