ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ

Интернет-газета

Попали в историю по приговору. Руководители Чернобыльской АЭС и разработчики реакторов РБМК по-разному ответили за взрыв

Posted by operkor на Апрель 28, 2011

 

 

 

Советское партийное руководство весьма оперативно определилось с тем, кого следует считать ответственным за чернобыльскую катастрофу. Всю вину возложили на руководство станции. В работе директора ЧАЭС Виктора Брюханова, буквально накануне вернувшегося с очередного партсъезда, сразу обнаружились «крупные ошибки и недостатки в работе». Через год после аварии он был приговорен к десятилетнему тюремному заключению, так же как и главный инженер станции Николай Фомин и его заместитель Анатолий Дятлов. «Чернобыльские стрелочники» настаивали на том, что часть ответственности несут разработчики реактора РБМК — если бы не некие конструктивные недочеты, говорили они, то эксперимент не закончился бы трагедией.

Возможно, партийный гнев по касательной задел и маститых ядер­щиков, руководивших разработкой проекта реактора, во всяком случае вскоре после Чернобыля академик Николай Доллежаль ушел на пенсию, а глава Курчатовского института академик Александров покинул пост президента Академии наук. Участники этого заочного спора теперь уже не выяснят, кто был прав, а кто виноват, — большинства уже нет в живых. Кто-то скончался в преклонном возрасте, а кто-то умер преждевременно, от лучевой болезни. Академик Легасов, который, строго говоря, не имел отношения ни к разработчикам, ни к руководству станции, но составлял первый отчет о причинах аварии, покончил жизнь самоубийством.

Александров Анатолий Петрович (1903–1994)

В апреле 1986 года Анатолий Александров возглавлял Институт атом­ной энергии им. И.В. Курчатова и Академию наук СССР. Он был одним из отцов советской атомной бомбы и основателем отечественной атомной энергетики, научным руководителем проекта создания урано-графитового реактора РБМК — реактора «чернобыльского типа». Заслуги академика отмечены шестью орденами Ленина, тремя Звездами Героя Соцтруда, Ленинской и Государственной премиями. После катастрофы на Чернобыльской АЭС Александров поддерживал версию, изложенную в правительственном докладе для МАГАТЭ: в аварии виновно руководство станции и оперативный персонал. Бывший заместитель главного инженера по эксплуатации ЧАЭС Анатолий Дятлов утверждал, что видел письмо начальника группы по надежности и безопасности АЭС с РБМК Курчатовского института В.П. Волкова, адресованное генсеку Михаилу Горбачеву. Ядерщик якобы сообщал, что не раз обращался к академику Александрову с требованием проектной доработки реактора, но его не услышали. Александрову принадлежит фраза: «Вы ведете машину, поворачиваете руль не в ту сторону — авария. Мотор виноват? Или конструктор машины? Каждый ответит: виноват неквалифицированный водитель».

Брюханов Виктор Петрович

В апреле 1986 года — директор Чернобыльской АЭС, кавалер орденов Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции. Делегат XXVII съезда КПСС. Директора ЧАЭС планировалось представить к званию Героя Социалистического Труда — вместо звезды получил срок. На станции директор оказался через 35 минут после взрыва реактора и доложил о происшедшем в Киев и Москву. Одно из первых сообщений Брюханова: «Реактор цел, продолжаем подавать воду в аппарат, уровень радиации в пределах нормы. Погиб Валерий Ходемчук, а Владимир Шашенок получил стопроцентный ожог поверхности кожи и находится в тяжелом состоянии». Около четырех утра Брюханов сообщил в Минэнерго СССР: произошло два взрыва, реактор четвертого энергоблока заглушен и контролируется, третий энергоблок остановлен, отклонений в радиационной обстановке нет. В шесть утра директор ЧАЭС передал: во дворе станции обнаружены графитовые блоки, в медпункт начали поступать люди с признаками радиационного поражения. «Лично выезжал на западную и северную сторону АЭС и лично замерял фон, и видел уровни до 200 рентген в час» (из показаний Брюханова на суде).

В июле 1986-го Брюханов был снят с должности. 3 июля решением политбюро ЦК КПСС «за крупные ошибки и недостатки в работе, приведшие к аварии с тяжелыми последствиями» исключен из партии. В августе арестован. 29 июля 1987 года постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР приговорен к десяти годам лишения свободы. По собственным словам, «понял, что от расстрела спасло исключительно то, что организаторы суда не смогли подвести под расстрельную статью». Отсидел полсрока — благодаря администрации колонии освободился досрочно, в сентябре 1991-го. Получил статус ликвидатора 1-й категории и II группу инвалидности. В 90-е годы работал на предприятии «Укринтерэнерго». Виктор Брюханов полагает, что нарушения со стороны персонала ЧАЭС были, но они, будь все предусмотрено проектом, привели бы к выходу из строя четвертого блока, но не к катастрофе. Добиваться реабилитации не собирается.

Доллежаль Николай Антонович (1899–2000)

В апреле 1986 года Николай Доллежаль был директором Научно-исследовательского и конструкторского института энерготехники (НИКИЭТ), ныне носящего его имя. Дважды Герой Соцтруда, лауреат Ленинской, трех Сталинских и двух Государственных премий. Возглавлял НИКИЭТ с момента создания в 1952 году и вплоть до аварии в Чернобыле. Академик Доллежаль был главным конструктором проекта реакторной установки РБМК-1000 и, видимо, потому был выбран «стрелочником». Председатель комиссии по расследованию причин аварии на ЧАЭС, зампред Совмина СССР Борис Щербина, отчитываясь перед политбюро 3 июля 1986-го, заявил: «Оценивая эксплуатационную надежность реактора РБМК, группа специалистов сделала вывод о несоответствии его характеристик современным требованиям безопасности. Реакторы РБМК являются потенциально опасными». Оргвыводы привели к снятию академика Доллежаля с занимаемых постов и отправке его на пенсию.

Дятлов Анатолий Степанович (1931–1995)

В апреле 1986 года — заместитель главного инженера Чернобыльской АЭС. Именно он непосредственно руководил злополучным экспериментом. В ходе ликвидации последствий аварии получил большую дозу радиоактивного облучения — порядка 550 бэр. Так же, как и директор ЧАЭС Виктор Брюханов и главный инженер станции Николай Фомин, был приговорен к десяти годам заключения по ст. 220 УК УССР — неправильная эксплуатация взрывоопасных предприятий (при том, что в перечне взрывоопасных предприятий в СССР атомные электростанции не значились). Несмотря на диагностированную лучевую болезнь, отбывал наказание сначала в Лукьяновской тюрьме Киева, затем в колонии в Полтавской области. В годы перестройки об освобождении Дятлова ходатайствовал Андрей Сахаров, а после смерти академика — его вдова Елена Боннэр. В 1990 году бывший главный инженер ЧАЭС был досрочно освобожден. Проходил лечение в ожоговом центре в Мюнхене. В 1995-м умер от сердечной недостаточности, ставшей следствием прогрессировавшей лучевой болезни. Книга воспоминаний «Чернобыль. Как это было», которую Анатолий Дятлов писал в последний год жизни и в которой он заочно дискутировал с покойным академиком Легасовым, вышла уже после его смерти.

Легасов Валерий Алексеевич (1936–1988)

В апреле 1986 года — первый заместитель директора Института атомной энергии имени Курчатова. Легасов возглавил правительственную комиссию по расследованию причин и по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС — уже 26-го он был на месте аварии. Провел вблизи станции в общей сложности четыре месяца и, как предполагается, получил значительную дозу облучения. В августе 1986-го Легасов в качестве руководителя советской делегации на конференции МАГАТЭ в Вене представил официальный доклад с анализом причин катастрофы и ее радиологических последствий. Этот доклад (занявший пять часов) был одобрен предсовмина СССР Николаем Рыжковым в обход профильного ведомства — Минсредмаша. Это дало повод для разговоров о некоем конфликте академика с «атомным министерством». В качестве подтверждения приводился тот факт, что в 1986 году министр среднего машиностроения Ефим Славский отказался подписать представление на присвоение Легасову звания Героя Социалистического Труда. Сам Славский в ноябре того же 1986-го был отправлен на пенсию.

27 апреля 1988 года, на следующий день после второй годовщины аварии на ЧАЭС, академик Легасов был обнаружен в своем кабинете повесившимся. Официальная версия — самоубийство вследствие угнетенного состояния психики. Впоследствии в прессе получила хождение альтернативная версия, согласно которой петля была завязана профессионально и с помощью «специфического альпинистского троса», а из предсмертного послания, записанного на диктофон, была стерта главная часть — комментарий официальной предварительной версии чернобыльской катастрофы. В пользу этой версии обычно приводится тот факт, что в ящике письменного стола лежал именной пистолет — одна из государственных наград академика Легасова.

Фомин Николай Максимович

Бывший главный инженер Чернобыльской АЭС приехал на станцию в 1972-м. До этого он работал в Полтавских энергосетях и на Запорожской ГРЭС. Незадолго до аварии на ЧАЭС Николай Фомин попал в автокатастрофу, в которой получил тяжелую травму — перелом позвоночника. Непосредственными разработчиками эксперимента по «определению характеристик генератора во время выбега ротора турбины», в ходе которого и случился взрыв, были зам главного инженера по эксплуатации Анатолий Дятлов и представитель «Донтехэнерго» Геннадий Метленко, но утверждена эта программа была Фоминым.

Начальник смены Борис Рогожкин (впоследствии отсидевший пять лет по чернобыльскому делу) позвонил главному инженеру на квартиру и сообщили о случившемся лишь в четыре часа утра — к тому времени, когда в реакторном помещении уже начался пожар. Фомин принял активное участие в ликвидации последствий аварии, но был арестован одновременно с директором станции Брюхановым и через год осужден на десять лет лишения свободы.

Первоначально суд должен был состояться 24 марта 1987-го, но его отложили из-за попытки самоубийства, предпринятой Фоминым, — подсудимый разбил очки и осколком стекла вскрыл себе вены. В 1988 году бывшего главного инженера ЧАЭС перевели в Рыбинскую психоневрологическую лечебницу для заключенных. По заключению специалистов Ярославского мединститута он был признан невменяемым и досрочно освобожден — 26 октября 1990 года Фомина перевели в гражданскую психиатрическую больницу.

После выздоровления устроился работать на Калининскую АЭС (город Удомля Тверской области). Около пяти лет назад вышел на пенсию. Живет с женой, детьми и внуками в Удомле. О событиях 25-летней давности бывший главный инженер ЧАЭС старается не говорить. Впрочем, известно его высказывание: «Меня во многом обвиняют. Не все, сказанное в мой адрес, считаю справедливым. Но в одном я виню себя сам: я всегда полагал, что главное в работе предприятия — это техника, а оказалось, что главное — это люди. Их значение я недооценил».

Источник: Московские новости

 

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: