ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ

Интернет-газета

ПОЛКОВНИК РОМАНЕЦ: «Из Москвы, прямо из Генштаба поступило указание: вооружить личный состав, вывести на площадь, захватить главпочтамт Запорожья и т. д. Ну, все чисто по-ленински».

Posted by operkor на Август 18, 2011

 Наш  собеседник – бывший  начальник  штаба  71-й  артиллерийской  дивизии Одесского военного округа,  полковник  в  отставке   Андрей  Романец. На фото:    танки на улицах Москвы 19 августа 1991 года удивили горожан и гостей столицы. Это было ГКЧП   

 «Моими  наставниками  были  фронтовики»

         Андрей    Андреевич,  почему  именно  артиллерийское  училище  выбрали,  а  не  какое-нибудь  другое?

         — В  семье  у  нас  было  четверо  детей.  Жили,  как  и  многие  тогда,  трудно.   Но  у  родителей  была  мечта,  чтобы  все  мы  получили  высшее  образование.  Какое-то время  после  окончания  одиннадцати  классов  я  работал  слесарем  по  ремонту  двигателей  автомобилей  и  тракторов.  Но  родители  все время  напоминали  мне,  что  надо  учиться  дальше.  И  я  поехал  поступать  в  строительный  институт.  Поступил,  проучился  год,  а  потом  мне  было  предложено  по  комсомольскому  набору  пойти  в  военное  училище.  Мы  с  товарищем  согласились  и  таким  образом  стали  курсантами  Одесского  высшего  артиллерийского  училища. 

        — Судя  по  тому,  что  училище  и  академию  вы  закончили  с  отличием,  выбор  вами  был  сделан  правильный?

        — Я  доволен  тем,  как  сложилась  моя  судьба.  Офицерская  жизнь  хоть  и  трудная,  но  интересная.  По  крайней  мере,  я  ни  разу  не  пожалел  о  сделанном  мной  тогда  выборе.  Мне  в  жизни  повезло.  В  каком  смысле?  Во-первых,  родители  мои  были  порядочными  и  исключительно  трудолюбивыми  людьми.  Они  сумели  передать  это  и  своим  детям.  Во-вторых,  за  всю  свою  тридцатилетнюю  службу  я  не  встречал  командиров,  моих  начальников,  которые  оставили  бы  во  мне  негативные   воспоминания.

        — Ну,  это вам  действительно  повезло.  Такое  редко  бывает.  Тем  более  в  армии.

            -Все  начальники,  с  которыми  сталкивала  меня  судьба,  были,  как  правило,  фронтовики.  Все  преподаватели – фронтовики.  То  есть,  все  мое  воспитание  прошло   на  фоне  тех  трудностей,  которые  люди  переживали  во  время  войны.  Это  уникальные  люди.

         -Сколько  лет  продолжалась  ваша  командирская  служба  в  училище?

        -Девять  лет.  Из  них  6  лет – командиром  батареи  и  один  год – преподавателем.  Потом  войска.  Почему  ушел  из  училища?  Потому  что  в  академию  не  отпускали.  Были  другие  претенденты.  И  я  ушел  в  войска  начальником  штаба  дивизиона  бригады  большой  мощности,  которая  применяла  ядерные  боеприпасы.  Там  же,  в  этой  бригаде,  через  определенное  время  я  стал  командиром  дивизиона.

          -То  есть,  открылась  дорога  для  карьерного  роста?

       -Можно  сказать  и  так.  Например,  на  начальника  штаба  полка  я  пришел  в  звании  капитана,  хотя  это  подполковничья  должность.  Это  было    в  городе  Кагуле (Молдавия).  Там  я  прослужил  три  года  и  меня  перевели  в  штаб  округа.  А  поводом  для  этого  стало  то,  что  на  учениях  наш  полк  выглядел  лучше  других.  Ну,  и  начальство  посчитало,  что  я  должен  послужить  в  штабе  округа.

         — Чем  занимались  в  штабе  округа?

         — Я  был  офицером  отдела  боевой  подготовки.  Потом – старшим  офицером   оперативного  отдела  штаба  ракетных  войск  Одесского  военного  округа.  Три  года  прослужил  в  штабе  округа,  объездил  весь  юг  Украины.

        — Как  инспектор  штаба  округа?

       — Не  только.   Контрольные  функции,  конечно,  на  нас  были  возложены.  Но  главная  задача  состояла  в  том,  чтобы  правильно  распределить  силы  и  средства  артиллерийских  частей  и  подразделений  на  случай  возникновения  экстримальных  ситуаций.

         —В  общем,  и  командирская,  и  штабная  работа   вам  были  хорошо  знакомы.

         -Штабную  работу,  если  честно  сказать,  я  не  люблю.  Но  жизнь  так  бросала – то  начальник  штаба,  то  командир.  Однако  чувство  ответственности,  которое  прошло  через  всю  мою  юность,  помогало  мне  добиваться  и  на  штабной  работе  достаточно  высоких  результатов.

     -Три  года  в  штабе  округа,  а  потом  куда?

     — Я  попросился  в  войска.  Была  вакансия  командира  учебно-артиллерийского  полка  в  городе  Николаеве.  Но  туда  я  не  попал.  Вы,  наверное,  знаете  генерала  Горбылева.  Он – бывший  военком,  бывший  командир  55-й   дивизии. Я  учился  тогда  на  третьем  курсе  академии  заочно,  а  он  уже  закончил  ее.  И  он  попадает  туда  командиром  полка.  А  я  в  Запорожье  приезжаю  командиром  бригады.  То  есть,  на  пустое  место,  потому  что  как  раз  формировалась  71-я  дивизия.  Все  начиналось  с  нуля.  Три  месяца  вместе  с  солдатами  я  провел  в  палатках.  Пока  отстроились,  пока  парки  сделали,  получили  технику,  боеприпасы  и  т.д.  Меня  это  не  пугало,  потому  что  с  трудностями  я  сталкивался   и  на  прежних  местах  службы.  И  я  не  один  такой.  Для  военных – это  привычное  явление.  У  нас  тысячи  и  тысячи  офицеров  прошли  через  это  горнило.

       —   А   за  границей  вы  не  служили?

       —   Училище  я  закончил  с  отличием  и  имел  право  выбора.  При  распределении  заявил,  что  хочу  служить  в  Германии.  Но  поскольку  я  уже  был  коммунистом,  партия  в  лице  начальника  политотдела  сказала,  что  я  должен  остаться  в  училище.  Пришлось  подчиниться.  Но  за  границей  я  все-таки  служил.  Только не  в  Германии,  а  в  Чехословакии.  Это  сразу  после  Запорожья.  Я  прошел  подготовку  в  Афганистан,  но  не  успел  туда  попасть,  потому  что  оттуда  вывели  войска.  Вместо  Афганистана  я  попал  в  Чехословакию. 

Командовал  там  самоходной  артиллерийской  бригадой,  которая  была  надежным  щитом  в  охране  советской  границы.  Затем  начался  вывод  советских  войск  из  Чехословакии.  Я  вывел  бригаду  в  город  Мулино  Московской  области.  Там  я  прослужил  недолго.  В  связи  с  ухудшением  здоровья  отца  снова  вернулся  в  Одесский  военный  округ.  Приказ  об  этом  подписал  главком  сухопутных  войск  СССР  генерал  армии  Варенников.  Почему  Варенников?  Потому  что  я  уже  был  зачислен  в  академию  Генерального  штаба.

      -А  артиллерийскую  академию  к  тому  времени   вы  уже  закончили?

         -Я  ее  закончил  еще  в  1987  году.  А  когда  служил  в  Московском   округе,  меня  забрали  в  академию  Генштаба.  Но  учиться  там  мне  не  пришлось,  потому  что  уже  был  канун  развала  Союза.  В  общем,  я  пожелал  уехать  домой,  в  Украину.  А  Варенников  помог  мне    в  этом.

        —Каким  же  образом  и  почему  Главком  сухопутных  войск  пошел  вам  навстречу?  Как  вы  сумели  убедить  его  в  этом?

       -Дело  в  том,  что  мой  отец-фронтовик  в  годы  войны  служил  вместе  с  Варенниковым.  Был  разведчиком  в  батальоне,  которым  командовал  Варенников.

       —А  как  вы  об  этом  узнали?

    -Варенников  узнал,  а  не  я.  Мы  к  нему  на  прием  пошли  вместе  с  бывшим  командиром  дивизии   Кулешовым,  который  на  тот   момент  был  преподавателем  в  академии  Генштаба.  Заходим  к  Варенникову,  а  он: «Что  такое,  полковник?  Что  это  вдруг  ты  решил  отказаться  от  учебы  в  академии  Генштаба?»  Я  объясняю  ему,  что  плохо  чувствует  себя  отец-фронтовик.  Называю  откуда  я  родом.   «О!!! – удивился  Варенников, — так  это  же  бывший  мой  разведчик».  И  вопрос  был  решен  положительно.  Моя  просьба  была  удовлетворена.

          Слово  «дедовщина»  для  меня  непонятно.

           Андрей  Андреевич,  это  же  тот  самый  Варенников,  который  после  ГКЧП  застрелился?

          -Он  самый.  И  практически   уже  сразу  после  возвращения  в  Украину  меня  назначают  начальником  штаба  71-й  артиллерийской  дивизии,  базировавшейся  в  Запорожье.  То  есть,  я  вернулся  в  свою  дивизию.  Ее  командиром  в  то  время  был  Виктор  Иванович  Живтяк,  уже  покойный,  к  сожалению.  И  так  вот  дослужил  я  до  пенсии.

      —Это  какой  же  год  был?

      -Из  вооруженных  сил  я  уволился  в  1993  году  полковником.  И  началась  для  меня  гражданская  жизнь.  Сейчас  я  понимаю  прекрасно:  офицеру  дано  Господом  Богом  прожить  несколько  жизней – до  армии,  в  армии  и  после  армии.  Ну,  из  тех,  кого  я  знаю,  я  не  помню  такого,  чтобы  офицер  уволился  и  нигде  не  работал.  Обязательно  устраиваются  на  работу.

       —Пенсии,  наверное,  не  хватает?

       -Я  не  думаю,  что  люди  поступают  так  только  из-за  денег.  Дело  в  том,  что  служба  настолько саккумулировала  человека,  что  он  без  работы  жить  не  может.  Вот  такое  у  меня  понимание.  Думаю,  что  многие  офицеры  разделяют  это  мнение.  После  увольнения  кем  я  только  не  работал.

        -Союз  распался  в  91-м,  а  вы  уволились  из  армии  в  93-м.  Как  пережили  тогда  беспредел,  который  начался  в  стране?

        -Обстановка  была  непростая.  Но  личный  состав  нашей  дивизии  продолжал  нести  службу,  как  того  требовал  Устав.  Караулы  охраняли  склады  с  боеприпасами,  охраняли  технику,  вооружение,  знамя  части.  Как  бы  трудно  не  было,  я  в  то  время  собирал  офицеров  и  говорил:  наша  задача — выжить.  А  с  тем,  что  творится  в  верхах,  пусть  разбираются  сами.  В  той  ситуации  мы  старались  действовать  по  обстановке.  Скажем,  мы  получили  директивные  указания  из  Москвы  с  требованием  вооружить  людей  и  вывести  их  на  площадь.

         — Но  вы  этого  не  сделали.  То  есть,  указание  Москвы  не  выполнили?

         — Мы  выполняли  эти  указания,  но  делали  это  под  видом  учений.  Я,  как  начальник  штаба,   планировал  эту  работу,  а  командир  дивизии  меня  поддерживал  в  этом.  Это  было  во  время  путча  ГКЧП.  Многих  командиров  после  этого  путча  поснимали  с  должностей   

           — Что,  действительно  было  указание  из  Москвы  вооружить  людей?

           — Да.  Вооружить личный состав,  вывести  на  площадь,  захватить  главпочтамт  Запорожья и  т.  д.  Ну,  все  чисто  по-ленински.  Я  мысленно  тогда  задавал  себе  вопрос:  можно  ли  допустить,  чтобы  руками  этих  мальчишек,  у  которых  будет  оружие,  стрелять  по  запорожцам?  Ведь  среди  них  может  оказаться  и  мой  сын,  и  сыновья  тех  офицеров,  которые  выведут  этих  мальчишек  на  площадь.  Конечно,  такого  допустить  мы  не  могли.

        -Каким  образом  вам  поступали  такие  указания?  Через  округ?

        -Нет,  прямо  из  Москвы.  И  когда  мы в  округ  звонили,  нам  никто  внятно  ничего  сказать  не  мог.  Мы  были  удивлены,  почему  это  вдруг,  минуя  Одесский  округ,  Москва  передает  нам  такую  телефонограмму.

          -А  кто  конкретно  из  Москвы  передавал  вам  это  указание?

         -Я  сейчас  не  помню,  кем  конкретно  оно  было  подписано,  но  это  указание  было  из  Генштаба.

       —И  вы  фактически  проигнорировали  указание  Генштаба  о  выводе  людей  на  площадь.  Так  получается?

        -Категорически  отказаться  от выполнения  этого  указания  я  не  мог.  Но  выполнял  я  его  так,  как  велела  мне  совесть,  как  велела  мне  моя  офицерская  честь.  Личный  состав  мы  не  выводили  на  площадь.  Мы  играли  в военную  игру.  Обычное  штабное  учение.  На  фоне  той  обстановки,  которая  создалась  в  стране,  мы  с  офицерами  по  картам  проигрывали  тот  или  иной  вариант  действий.  А  солдаты  сидели  в  казармах,  несли  службу,  ходили  на  занятия.  Была  обычная  повседневная  армейская  жизнь.  И  когда  после  путча  приехали  проверять,  почему  выполняли  или  не  выполняли  это  указание  так,  как  оно  было  отдано,  я  говорил,  что  выполнял  его  так,  как  понимал.  А  разъяснений  никаких  по  этому  поводу  не  было.

          -Ваши  бывшие  сослуживцы  очень  высоко  отзываются  о ваших  командирских  и  человеческих  качествах.  Говорят,  что  вы  для  них  были  и  остаетесь  добрым  наставником.

       — Мне,  конечно,  приятно  такое  слышать.  Может  быть,  для  кого-то  и  был  наставником.  Почему  я  уволился  из  армии?   Я  мог  бы  еще  служить в  свое  время,  но  не  захотел  по  одной  простой  причине – развал  Союза  не  вписывался  в  мое  сознание.  Я  написал  рапорт  и  ушел  по  собственному  желанию.  Как-то  меня  вызвали  в  Киев  в  тот  период.   Был  там  такой человек  по  фамилии  Мулява.  Строитель  вооруженных  сил  Украины.

         — Какая  должность  у  этого  Мулявы  была?

         — А  никакая.  Он – старший  лейтенант  запаса,  но  идеолог  строительства  вооруженных  сил  Украины.

         — Он  что,  действительно  большой  специалист  в  этом  деле  был?

         — Я  думаю,  что  нет.  Потому  что  если  задается  вопрос,  почему  вы  женаты  на  россиянке,  то  извините.  А  именно   такой  вопрос  он  мне  задавал.

          -Сегодня  много  говорят  о  НАТО,  спорят  об  этом.  А  вы  что  скажите?

         -Я  воспитан  в  Советском  Союзе.  Для  меня  советский  народ – это  свято.  Принимая  присягу  на  верность  Украине,  я  не  изменил  советскому  народу.  Ну,  развалилась  страна,  что  же  делать.   И  почему  я  должен  ссориться   с  братом  и  идти  искать  где-то  на  стороне,  в  Америке,  дружественную  себе  державу.  Получается  так:  с  соседями  давай  поссоримся,  а  в  другом  городе  будем  искать  себе  защиту.  Я  этого  не   понимаю.

           -Сегодня  украинская  армия  чувствует  себя  увереннее,  чем  в  90-е  годы.  По  крайней  мере,  сегодня  солдат  уже  не  голодает.  А вот  от  «дедовщины»  избавиться  пока  не  удается.  Неужели  это  так  сложно?

            -Я  тридцать  лет  служил  в  армии.  Для  меня  слово  «дедовщина»  и  сейчас  непонятно.  Я  так  считаю,  что  если  командир  хочет,  чтобы  у  него  был  порядок,  слово  «дедовщина»  вообще  неуместно.  Конечно,  если  он  попустил  вожжи,  отдал  вопрос  дисциплины  на  откуп  сержантам,  тогда,  конечно,  не  исключено  такое  явление.  Все  зависит  от  командира.

           —   Юлия  Тимошенко  в  своей  предвыборной  программе  обещала  избирателям,  что  в  ближайшее  время  в  украинской  армии  будут  служить  только  контрактники. Возможно  это  и  нужно  ли?

           —   Я  скажу  не  как  профессионал,  а  как  обычный  человек.  Никогда  только  за  деньги  хорошо  защищать  Родину  никто  не  будет.  Это  мое  личное  мнение.   Когда  я  и  мои  друзья  служили,  никто  о  денежном  содержании  не  думал.  Мы  знали,  что  придет  время,  мы  получим  зарплату  и  этого  будет  достаточно,  чтобы  содержать  семью.  Мы  все  жили  той  военной  жизнью,  которая  предполагала  стопроцентный  успех  нашей  работы.  А  государство  о  нас  заботилось.  Но  мы  не  за  деньги  служили.  Мы  служили  за  идею  прочности оборонительных  рубежей  нашей  Родины.

          —  А  сегодня  разве  не  та  же  задача  стоит  перед  нашей  армией?

          — Сегодня  никакой  идеологии  на  этот  счет  я  не  услышал  от  наших  руководителей.  Уволить    10 тысяч  профессионалов – это  неразумно.  В  Украине  полным-полно  складов  с  боеприпасами,  с  вооружением.  Нельзя  все  это  бросить  на  произвол.  Объявить  на  весь  свет,  что  у  нас  будет  контрактная  армия!  Да  мы  просто  не  готовы  к  этому.   Для  того,  чтобы  подготовить  контрактников,  нужна  соответствующая  база.

  Главное – это  люди

             -Не  раз  приходилось  слышать  от  бывших  вонных,  что  армейская  служба – это  сплошные  трудности  и  ничего  привлекательного  в  ней  нет.

            -Так  могли  сказать  только  люди,  которые  по  ошибке  выбрали  себе  профессию  военного.  Те,  кто  служил  или  служит,  так  не  скажут.  О  своей  службе  я  могу сказать,  что  она  была  интересной.  Наверное,  трудности  бывают  тогда,  когда  человек  не  понимает,  для  чего  он  живет.

            —То  есть,  человек,  по-вашему,  должен  ставить  перед  собой  постоянно  какую – то  цель  и  настойчиво  идти  к  ней?

           -Обязательно.  В  мои  лейтенантские  годы  была  цель,  чтобы  мое  подразделение  занимало  хорошие  места  в  соревнованиях  с  другими.   Стал  повзрослей – на  первом  плане  была  боеготовность  подразделения.  Когда  стал  командиром  части,  начальником  штаба  части,  я  уже  понимал,  что  если  ты  хочешь  добиться  того,  чего  требует  от  тебя  начальник, — опирайся  на  людей.  И  через  всю  мою  армейскую  службу  прошло  стержневое  направление:  главное – люди.  Если  руководитель  или  командир  смогли  зажечь  желанием  работать  с  этой  техникой,  как  с  живым  организмом,  вот  тогда  они  получают высокий  результат.

          -Армейская  наука  помогает  человеку  ориентироваться  на  гражданке?

        -Обязательно.  Мне  на  гражданке  не  сложно.  Сложность  только  в  том,  что  не  расписаны  все  твои  шаги.  Приходится  самому  все  расписывать.  Но  главное,  что  я  вынес  из  армейской  службы – это  то,  что  все  решают  люди.

        -В  Запорожье  много  ваших  сослуживцев  по  71-й  дивизии?

        -Офицеров – да.  Все  в  Запорожье.  23  февраля  обязательно  встречаемся.  Это  наш  святой  праздник.  Созваниваемся,  собираемся  в  кафе  или в ресторане.  Был  бы  Дом  офицеров,  как  раньше,  мы  бы  встречались  там.  19   ноября,  в  День  ракетных  войск  и  артиллерии,    встречаемся  в  артиллерийской  бригаде.  У  руководства  этой  бригадой  стоит  наш  воспитанник. 

        —То  есть,  знакомых   сослуживцев  у  вас  достаточно.

        -Очень  много.  Во-первых,  девять  лет  в  Одесском  артучилище  дали  более  тысячи  офицеров,  моих  знакомых  по  училищу.  Они  и  в  Харькове,  и  в  Москве,   и  в  других  городах.  Вы,  наверное,  слышали  фамилию  Шкидченко.  Это  бывший   министр  обороны  Украины,  бывший  начальник   Генерального  штаба  ВС  Украины,  бывший  командующий  Одесским  военным  округом.  Вот  он  был  у  меня  курсантом.

         —  Когда  он  стал  министром,  приходилось  с  ним  общаться?

         -Общались   и  встречались  у  меня  дома.   И  на  территории  55-й  дивизии.  Он  теперь  в  ОБСЕ  представляет  Украину.  И  нынешний  областной  комиссар  Давид  Борисович  Моин  тоже  был  курсантом  Одесского  артучилища.  Я  знал  его  еще  оттуда.

        — Да,  в  этом  смысле  вы  богатый  человек.  Есть  на  кого  опереться.

         -Бунт  поднимать  я  не  собираюсь.  А  если  придется,  не  дай  Бог,  защищать  свою  Родину,  я  готов  идти.

        —Что  представляет  из  себя  организация,  в  которой  вы  сейчас  работаете?

           -Это  специализированная  механизированная  колона,  выполняющая  электромонтажные  работы  на  различных  объектах.  Я – заместитель  председателя  этого  открытого  акционерного  общества.   А  руководит  организацией  Вадим  Анатольевич   Денисенко.

        — Кроме  вас  есть  еще  бывшие  сослуживцы  в  вашей  организации?

        — Есть,  конечно,  и  немало.  Например,  Василий  Павлович  Голуб.   Он – бывший  начальник  автослужбы  у  меня  в  бригаде,  а  потом  и  в  дивизии.  Мы  вместе  с  ним  ездили  на  целину  убирать  хлеб.  Полгода  были  на  целине  в  Кустанайской  области  в  89  году.  Я  был  командиром  целинного  батальона – 2400  человек.  Валерий  Николаевич  Томарев  тоже  трудится  здесь.  Он  был  заместителем  командира  бригады  по  тылу.

         —Служба  военного  складывается  успешно,  когда  его  тылы  обеспечены.  То  есть,  когда  в  личном  плане  все  благополучно.  Как  у  вас  с  этим?

           -И  в  этом  отношении  мне  повезло.  Моя  жена  Людмила  Васильевна  тоже  посвятила  свою  жизнь  армейской  службе.  В  том  смысле,  что  была  и  остается  моим  надежным  и  преданным  другом.  Она  по  профессии  бухгалтер.  Работает  в  настоящее  время  главным  бухгалтером  областного  общества  глухих. У  нас  есть  сын  Олег.  Он  тоже  военный,  подполковник  МЧС.  Так  что  с  этим тоже все  нормально.

 Николай  Зубашенко,  журналист  

 ДОСЬЕ.

 Романец Андрей Андреевич. Родился  в  Одессе  в  1946  году.  С  отличием  окончил  Одесское  высшее  артиллерийское   училище   и  был  оставлен  там  для  прохождения  службы.  Командовал  взводом,  батареей,  занимался  преподавательской  деятельностью.  Далее  его  послужной  список  выглядит  таким  образом:  начальник  штаба  дивизиона,  командир  дивизиона,  начальник  штаба  полка,  офицер,  старший  офицер  оперативного  отдела  штаба  ракетных  войск  Одесского  военного  округа,  командир  бригады,  начальник  штаба  дивизии. Окончил  с  отличием   артиллерийскую  академию  и  Высшие  артиллерийские  курсы.  Имеет  награды,  в  том  числе  «Орден  почета».  В  настоящее  время – заместитель  председателя  правления  ОАО  «СПМК- 199». 

 

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: