ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ

Интернет-газета

Мина замедленного действия. Азовское море и Донбасс угрожает отравить радиацией затопленная в шахте «Юнком» после ядерного взрыва 100-тонная «ядерная капсула»

Posted by operkor на 26 октября, 2020

Ряду неподконтрольных правительству районов на востоке Украины угрожает экологическая катастрофа, сообщил вице-премьер-министр Украины — министр по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Украины Алексей Резников. “Мало кто знает, в 1979 году на территории шахты “Юнком”, которая сейчас находится на временно оккупированном Донбассе, советская власть осуществила ядерный взрыв: 0,3 килотонны в тротиловом эквиваленте.

После взрыва радиоактивную капсулу оставили в сухом состоянии и откачивали из шахты воду, чтобы исключить попадание радиации на поверхность и в грунтовые воды. По нашей информации, два года назад оккупационные администрации прекратили откачку воды из этой шахты, и на данное время радиоактивная вода уже поступает в горизонты питьевой воды”, — сказал Резников на Специальном киевском форуме по безопасности.

Он также отметил, что прекращена откачка воды из нескольких десятков других закрытых шахт, а на объектах, которые еще работают, нарушаются экологические нормы.

“Еще несколько месяцев, и мы можем иметь экологическую катастрофу на оккупированных территориях Донбасса, и в том числе в южных районах Ростовской области”, — предостерег вице-премьер.

Он добавил, что в начале октября в режиме видеоконференции встретился с генеральным директором МАГАТЭ Рафаэлем Гросси и озвучил запрос Украины о требовании провести экспертизу и отправить мониторинговую миссию группы экспертов от МАГАТЭ на Донбасс. “Конечно, на сегодняшний день вопрос, пропустят ли российские прокси экспертную группу на эти территории, остается пока вопросом”, — пояснил вице-премьер.

ДОСЬЕ.

Шахта «Юнком»

— угольная шахта в городе Юнокоммунаровск Украина. Входит в состав государственного объединения «Орджоникидзеуголь». С 2002 года шахта закрыта.

В 1908 году Русско-бельгийское металлургическое общество заложило шахту «Бунге» для снабжения углем Петровского металлургического завода. В 1914 году на шахте  впервые на Донбассе был применен отбойный молоток для добычи угля. В 1924 году шахте дали название «Юнком» («Юный Коммунар»). В 1979 году, с целью предотвращения частым выбросам угля и породы, в шахте на глубине 903 метров между угольными пластами «Девятка» и «Кирпичный» в рамках атомно-взрывного эксперимента был осуществлен подземный ядерный взрыв (объект «Кливаж»).

В 2018 году администрация самопровозглашенной ДНР, под контролем которой находился город Енакиево, приняла решение снизить уровень водоотведения в шахте из-за недостатка средств в бюджете. Это привело к затоплению шахты. Информацию также подтвердила Специальная мониторинговая комиссия ОБСЕ. Под угрозой радиационного заражения окажутся бассейны рек Северский Донец и Кальмиус, а также Азовское море.

Объект «Кливаж»

— подземный ядерный взрыв мощностью 0,3 кт в тротиловом эквиваленте, который был осуществлён на территории Донецкой области Украинской ССР на восточном крыле шахты «Юнком» (город Юнокоммунаровск, Енакиевского горсовета, ПО «Орджоникидзеуголь») на глубине 903 метров между угольными пластами «Девятка» и «Кирпичёвка»  16 сентября 1979 года в 9 часов. Цель взрыва — снижение напряжения в горном массиве, что в конечном счете должно было повысить безопасность отработки угольных пластов.

До 1979 года на шахте «Юнком» была максимальная в Центральном Донбассе частота внезапных выбросов угля и газа, связанных с нарушенным состоянием горного массива, обусловленным влиянием Юнкомовского Северного, Брунвальдского и других надвигов (42 % пластов, которые разрабатывались на шахте «Юнком», находились в зоне тектонических нарушений).

Взрыв производился на глубине 800 метров. В результате ядерного взрыва возникла полость радиусом 5—6 м, вокруг которой сформировалась зона смятия и дробления радиусом 20—25 м. Уровень радиоактивности в горных выработках и шахтных водах за период наблюдений 1979—2000 годов находился на фоновом уровне.

После проведения взрыва отмечалось снижение частоты выбросов угля и породы. В период 1980—1985 годов на горизонте 826 м, расположенном на 77 м выше уровня зарядной камеры, закончилась выработка угольных пластов «Мазур» и «Девятка». Работы по объекту «Кливаж» проводились институтом ВНИПИПРОМТЕХНОЛОГИИ. Точные данные о величине заряда и глубине его заложения остаются секретными.

2

В эпицентре ядерного взрыва осталось высокорадиоактивное тело массой около 100 тонн

В СМИ появились материалы о том, что вскоре на оккупированной части Донбасса начнётся затопление шахты «Юнком» — той самой, на которой в 1979 году был произведён так называемый «атомный мирный взрыв», который, по мнению предложивших его учёных, должен был помочь справляться с выбросами метана в этих шахтах Донбасса.

Шахта «Юнком», которая была полностью закрыта в 2002 году, находится в нескольких километрах от Енакиево и совсем рядом с посёлком Ольховатка. Это предместье города.  Енакиевские шахты, включая «Юнком» и все шахты Центрального района Донбасса (Торецк, Горловка, Енакиево) — это крутое падение. Жители Донбасса понимают, что это такое: это означает, что угольный пласт располагается не горизонтально или под небольшим углом к поверхности, а идёт практически вертикально. Это, пожалуй, самые сложные в эксплуатации шахты региона: они глубоки и чрезвычайно метаноопасны. К примеру, за 20 лет на «Юнкоме» в годы, предшествующие ядерному эксперименту, произошло около 250 выбросов метана, и почти в 30 случаях выбросы повлекли за собой смерти шахтёров.

Вот это-то и намерены были решить «мирным взрывом» учёные из Московского горного института им. Скочинского (Люберцы). Но даже тогда находились люди, которые были просто в ужасе: осуществлять ядерный взрыв в густонаселённом районе Донбасса, где города вплотную подходят друг к другу, где множество опасных предприятий, — было рискованным экспериментом. Их никто не послушал. Взрыв был произведён, им чрезвычайно интересовались военные (в осуществлении взрыва принимали участие консультанты с Семипалатинского полигона), а секретность была такова, что даже в институтах, которые всё это разрабатывалось, никто «лишний» ничего не знал.

Зато всё на себе почувствовали в Донбассе. Для публики демонстрировались показатели в почти нормальное количество микрорентген в час – в районе шахты «Юнком», а рядом, в Ольховатке, были превышены не только нормы, но вообще все мыслимые пределы. Никто не изучал, как это отразилось на здоровье живущих там людей, а если изучал, то широкой публике результаты известны не стали. Эксперимент, между тем, не только не способствовал уменьшению выбросов метана, но даже, пожалуй, спровоцировал их увеличение. А Центральный район Донбасса получил очередную бомбу замедленного действия, которая может взорваться 14 апреля 2018 года – именно в этот день собираются затопить шахту «Юнком» «власти ДНР».

Через годы всё, казалось, поутихло, хотя время от времени вспыхивали тревожные споры. Из шахты, которая постепенно снижала добычу, а потом и вовсе закрылась, откачивали воду – иначе не миновать бы техногенной катастрофы. На это уходили огромные деньги – до полусотни миллионов в год. Требовалось решение – радикальное, надёжное. А его не было. Даже многолетние исследователи недр Донбасса, опытные угольщики с солидным багажом знаний и практики не могли прийти к общему знаменателю: продолжать откачивать воду или затопить шахту.

Путь затопления, кстати, в разы дешевле постоянной поддержки водоотлива. Не в этом ли скоропостижное намерение «властей ДНР» затопить шахту? Ведь ранее в бюджете среди предусмотренных дотаций для Углепрома обязательно закладывались и средства на поддержку законсервированного ядерного объекта в Енакиево. Теперь этого, естественно, нет, а фейковая республика вряд ли имеет возможность вкладывать такие средства в безопасность жителей Енакиево и близлежащих населённых пунктов.

Почему не затапливали, хотя этот способ весьма часто использовался в Донбассе? Да потому, что неизвестно было (и неизвестно и сейчас!), как поведёт себя при затоплении выработок тот самый объект «Кливаж», который никуда не делся, и присутствовала опасность разрушения полости и выхода радиоактивности тоже. Да и шахтные поля других угольных предприятий, ещё добывающих уголь, соприкасаются с юнкомовскими, а проведение горнодобывающих работ увеличивает опасность выхода радиоактивных веществ на поверхность.

В частности, Николай Малеев, в 2008 году начальник Донецкого департамента Госпромгорнадзора, считал, что шахту затапливать ни в коем случае нельзя, что там находится законсервированный эпицентр ядерного взрыва, и попадание туда воды может привести к вымыванию опасных веществ.

На сегодняшний день под землей, по словам другого крупного специалиста, изучавшего, в частности, последствия взрыва на «Юнкоме», Евгения Руднева, в эпицентре ядерного взрыва осталось высокорадиоактивное тело из застывшего расплава горных пород и стекла — массой около 100 тонн. Остаточное радиоактивное загрязнение взрывной камеры шахты «Юнком» оценивается сегодня в 54,6 кюри. Это означает, что в случае если взрывная камера будет разрушена, радиоактивный фон в районе Юнокоммунаровска и Енакиево составит 10000 мкр/час, в районе Горловки — 5000 мкр/час, тогда как безопасным считается уровень радиации до 50 мкр/час.

Евгений Руднев в 2010 году в интервью украинским СМИ предполагал, что «Юнком» можно затопить, правда, только после тщательного изучения ситуации и проведения комплексной экспертизы. После этого должны были быть проведены сложные горные работы, в процессе которых перекрыты все возможные пути попадания загрязнённых подземных вод в бассейны рек Булавинка, Крынка, Миус и далее – в Азовское море, не говоря уже о мелких ручьях в окрестностях Енакиева. И только потом – принято решение о затоплении. Но речь тогда шла о мирном времени, финансировании и проч.

Сейчас там, где под землёй сосредоточено 100 тонн твёрдых радиоактивных отходов и 500 кубометров сильно загрязнённых подземных вод, идёт война. Даже без учёта прекращения откачки воды, которую пока ещё ведут дебитом 500 м3/час на «Юнкоме» и 800 м3/час на соседнем «Красном Октябре», взрывы от тяжёлого вооружения (шахта находится в районе активных военных действий) могут привести к различного рода тектоническим сдвигам и разгерметизации взрывной камеры. А остановка водоотлива даже на 10 дней может привести к необратимым последствиям, считает учёный.

В «ДНР», между тем, уже приступили к демонтажу оборудования водоотлива – там уверены, что затопление шахты не приведёт ни каким угрожающим последствиям, а радиационный фон якобы соответствует естественному. При этом сведений о том, проводились ли хоть какие-то изыскания по данному вопросу в 2014-2018 годах, нет. Вероятнее всего, решение принято на основе рекомендаций прошлых лет, а нынешняя ситуация в расчёт не берётся. Это даже не опрометчивость – это злонамеренная безответственность.

3

Часы тикают: шахта «Юнком» как ядерная мина замедленного действия

8 апреля 2018. Министерство угля и энергетики самопровозглашенной ДНР официально заявило, что с 14 апреля 2018 года будет полностью остановлена откачка воды на легенде Донбасса – объекте «Клюваж», шахте имени Юных коммунаров («Юнком») под Енакиево. Шахта, на которой в 1979 году был произведен единственный в СССР ядерный взрыв в горных выработках, будет затоплена. Что прячется в глубинах шахт Донбасса и чем угрожает выход на поверхность шахтных вод региону, всей Украине и южной житнице России – Ростовской области?

Указ Петра I «О приискании на Дону и в Воронежской губернии каменного угля и руд» датирован 7 декабря 1721 года и является точкой отсчета существования Донецкого каменноугольного бассейна. Этот указ, кроме всего прочего, напоминает нам, что исторический Донбасс – это не только Донецкая и Луганские области Украины, но и часть соседних Днепропетровской (Западный Донбасс) и северо-западной части Ростовской (Восточный Донбасс) области Российской Федерации. А загрязненные шахтные воды, о повсеместном подъеме которых трубят ученые, в зоне войны попадают в Северский Донец, далее в Дон и общее для Украины и России Азовское море.

За всю историю промышленного Донецкого каменноугольного бассейна здесь было прорыто около тысячи шахтных стволов. Шахты тут были не только угольные, в течение Северского Донца попадают не только шахтные воды. Тот же угол – Енакиево – Горловка – Никитовка – богат на сюрпризы. Здесь, кроме капсулы с радиоактивной водой на месте ядерного взрыва на шахте «Юнком», находятся закрытые и бесконтрольно затапливаемые выработки Никитовского ртутного комбината, а на бывшем Горловском казенном заводе также находятся обширные залежи химических отходов.

Завод официально производил взрывчатку, неофициально местные говорят о химическом оружии. Отходы с оставшегося под открытым небом полигона хранения в 1988 году протекли вместе с талыми водами вниз в шахтные выработки шахты «Александр-Запад». Тогда погибли шахтеры и четверо спасателей, одеты они были в герметичные изолирующие костюмы, но оказалось, что здешний химический раствор не «держала» никакая защита. Шахту закрыли и изолировали, катастрофу замолчали, огромный полигон остался на месте и находится в считаных километрах от ближайших минометных позиций противоборствующих сторон.

Режим секретности

Вокруг этих мест под Горловкой  идут бои, шахты вдоль линии фронта разбиты и на них прекращена откачка воды. Мало того, по этим местам проходит канал Северский Донец – Донбасс, питающий питьевой водой весь регион. Его русло многократно повреждено артиллерийскими обстрелами, вода уходит под землю и тоже заливает шахты, а все горные стволы и выработки в этих местах связаны между собой. Именно под каналом, кстати, находится и шахта 2-бис, на которой добывали ртуть, в случае обрушения этой шахты канал «уйдет» вниз, пресной воды лишится половина региона.

Линия фронта в той же Луганской области идет по реке Северский Донец, и очистные сооружения на реке в силу этого простого факта тоже который год не ремонтируются и не обслуживаются должным образом. Воду из Северского Донца в Ростовской области используют в мелиорации и при поливе полей.

Экологические риски войны в Донбассе столь катастрофичны, что их стараются лишний раз не выносить наружу для широкой общественности. Но обсуждение в экспертных кругах идет постоянно, ибо здесь кровно пересекаются интересы Украины и России, и здесь непубличный диалог донецких, московских и киевских ученых на нейтральной территории не прекращается (Радио Свобода известно как минимум о двух встречах ученых и экспертов всех сторон на территории нейтральных стран, который организовывал швейцарский фонд «Гуманитарный диалог»).

Подконтрольные Украине территории географически находятся ниже неподконтрольных и при неконтролируемом закрытии шахт и прекращении водоотлива в самопровозглашенных республиках резко повышается нагрузка на насосы и заливает украинские шахты на другой стороне линии фронта. Россия же не только контролирует все происходящее в самопровозглашенных республиках, но и получает грязную воду по рекам на своей территории.

Министерство угля ДНР не скрывает, что наряду с профильным донецким институтом разработкой проекта «мокрой» консервации места ядерного взрыва занимались и Институт «Шахтопроект» (г. Санкт-Петербург), Федеральное государственное бюджетное учреждение «Гидроспецгеология» и АО «ВНИМПИпроекттехнология» (г. Москва).

«ВНИМПИпроекттехнология» сейчас – это инжиниринговый центр Уранового холдинга «АРМЗ», находится в структуре «Росатома» и именно соблюдаемым там строгим режимом секретности источник Радио Свобода объясняет засекреченность подробностей проекта «мокрой» консервации шахты «Юнком». Именно институт ВНИМПИпроекттехнологии в советское время отвечал за проведение взрыва на шахте «Юнком» в 1979 году и обладает всей информацией о характере ядерного заряда и итогах эксперимента.

«Мокрая» консервация

Местное объединение «Орджоникидзеуголь» потеряло в военных действиях 2014 года пять шахт, откуда соответственно перестали откачивать воду. Летом 2017 года было принято решение о закрытии еще двух шахт – «Полтавской» и «Красный Октябрь». Их подвергают «мокрой» консервации. Говоря проще – демонтируют насосы, оборудование, часть сдают на металлолом, часть используют, а шахту бесконтрольно заливает вода. Обычно этот процесс продолжается год-два, еще через некоторое время (обычно три года) шахтные выработки «схлопываются», вода под диким давлением породы устремляется вверх, разрушая все по пути, – все это выглядит как техногенное землетрясение силой до четырех баллов.

«Полтавская» и «Красный Октябрь» – шахты, связанные подземными выработками с объектом «Клюваж», их закрытие автоматически означало, что старые насосы над капсулой ядерного взрыва не смогут справиться с притоком новой воды, в принципе. Насосы нужно было либо менять, либо принимать решение о «мокрой консервации» и этого объекта.

«Клюваж» (переводится с французского как «расслаивание, расщепление». – РС) – официальное название объекта на шахте имени Юных коммунаров. Эта шахта была самой загазованной в СССР, и ядерным взрывом хотели добиться ухода газа из горных выработок через многочисленные образовавшиеся трещины. Эффекта добиться не удалось, и в 2001 году шахту окончательно закрыли, но режим откачки воды соблюдался строго даже в самые «голодные» времена украинской независимости. На месте взрыва под воздействием запредельной температуры образовалась оплавленная стекловидная капсула диаметром около 30 метров, заполненная радиоактивной водой. Вот ее и старались держать в относительной сухости.

– Нами была в свое время была проведена экспертиза, согласно которой рекомендовалось, что объект «Клюваж» должен храниться с откачкой воды, чтобы не было выхода радионуклидов на поверхность, и это официальная позиция нашего органа, – поясняет Тарас Козулько, спикер Государственной инспекции ядерного регулирования Украины. – Другой вопрос о рисках, которые существуют. Объект все же находится на глубине около одного километра и какова будет концентрация радиации и последствия для населения при его нынешнем режиме закрытия никто точно не скажет. Мы не можем сказать и в какие сроки эта шахта заполнится водой, и когда она может разрушиться – это вне нашей компетенции. С 2014 года доступа к объекту «Клюваж» мы не имеем.

Известный гидрогеолог, доктор технических наук Евгений Яковлев возглавлял группу, которая вела полевые исследования на Донбассе в ходе этой войны, он участник непубличных встреч ученых России и Украины по поводу экологической ситуации в регионе. Говорить о непубличной части своей деятельности ученый не стал, но на некоторые вопросы Радио Свобода ответил.

– Почему возникла идея перейти к мокрой консервации объекта на месте ядерного взрыва?

– Поддерживать водоотлив с глубины около одного километра в шахте «Юнком» и сразу автоматически в связанных с ней двух соседних шахтах – «Полтавской» и «Красный Октябрь» – дорогое удовольствие. И поэтому возникает желание выйти на затопление шахт и подобрать этому какое-нибудь удобное объяснение. В 2002 году мы с еще одним моим коллегой прошли по двум выработкам-уклону, где закладывался ядерный заряд, и по штреку под самой камерой. Померяли радиоактивность там – она была близка к фоновой, с повышением в зонах нарушений капсулы, где мигрировали соединения урана – до 15–18 микрорентген в час. Тогда же с Датской геологической службой, горняками и Национальной комиссией по радиационной защите была выработана и обоснована схема, что целесообразно для стабилизации ситуации было произвести работы. Предлагалось внизу под радиоактивной капсулой сделать закладку жестким сорбентом циалитом, а с боков камеры такую же бентонитом – он при увлажнении набухает и становится непроницаемым.

Мы тогда обнаружили, что в прудах-отстойниках, куда идет сброс шахтных вод, в том числе шахты «Юнком», вода имела повышенный в 2–3 раза по сравнению с общим радиационный фон! Это всех нас насторожило. Поэтому и были выработаны эти рекомендации. Сейчас же никто нам не сообщил при прекращении откачки воды (на шахте «Юнком». – РС), в чем улучшена система мониторинга за миграцией радиации? Причем и при спокойном сжатии камеры, и в аварийном, когда возможен выброс радиоактивной воды на поверхность и есть ли система прогнозирования этих ситуаций? Проведены ли какие-либо изолирующие подготовительные работы? По консервативной схеме все же эти моменты надо было разработать и как-то смоделировать, и спрогнозировать.

– Вынос водой радиоактивности наружу не единственная опасность? Можно ли рассчитать, сколько продержится эта шахта и устоит ли капсула с радиоактивной водой в таком случае?

– Рассчитывать на то, что устоит, конечно, нельзя, потому что бурение зондировочных скважин в 1989 году показало, что там уже имелась осыпь и разрушения этой капсулы. И примерно четвертая часть объема капсулы уже была заполнена обрушившимся материалом. Дальше рассчитывать ситуацию нужно по консервативной схеме – будет схлопывание и залповый выход радиоактивности в количестве где-то 50 кюри, растворенной в том объеме воды, который к тому времени скопится в этой шахте и соседней «Красный Октябрь». Движение ее может быть по выработкам на украинскую сторону в выработки той же шахты «Южная». Или эта вода пойдет в подтопление прилегающей территории, тут будет риск смещения радиоактивного фона, может не аномального, а сигнального загрязнения.

– А в Северский Донец эта вода может попасть?

– Так эта шахта как раз и находится при водораздельной части, скорее всего по сбойкам выработкам она и попадет на водоотлив в сторону Северского Донца.

– Я знаю в 2016 году вы проводили исследования загрязненности Северского Донца при входе в зону конфликта и при выходе его на территорию Российской Федерации.

– Ну да, там повышение минерализации воды при входе в зону донецкую и выходе из нее происходит в три раза, а вот по микрокомпонентам, органохимии в отдельных анализах повышение идет в 8–10 раз.

– Чем это грозит сельскому хозяйству?

– Будет загрязнение грунтов и сельскохозяйственной продукции при использовании этой воды для полива и мелиорации. Все это требует оценки.

 Оценки требует, но по факту уже происходит четвертый год?

– Оно не происходит, а усиливается! Это все началось где-то двадцать лет назад, когда только начался процесс практически неуправляемого затопления шахт. Мы здесь, в отличие от Германии, из-за отсутствия денег, наверное, ушли от тактики удержания минерализованных шахтных вод на больших безлопастных глубинах, чтобы исключить их смешивания с пресными водами и активного стока в реки. А война с учетом нескоординированного закрытия шахт сделала этот процесс вообще неуправляемым. Весь Донбасс – это ведь практически сообщающиеся сосуды, довоенные шахты, дореволюционные, всевозможные нелегальные шахты-копанки – их расположение неизвестно толком. И, кроме того, процесс закрытия шахт и на неконтролируемой территории в этих республиках, и на украинской территории идет по несогласованной схеме, что наиболее тревожно.

– Получается, что удержать водоотлив на «Юнкоме» из-за военных действий и закрытия шахт у России и шансов не было?

– В том, что вы говорите, есть очень тревожный момент. Есть такие очень плохие проявления и на нашей территории. В той же Первомайской группе шахт на шахте «Золотое» работы идут на большой глубине, а на той территории пошло затопление шахт «Первомайская», «Родина» и выявилось, что воды пошло в эту нашу шахту в три раза больше обычного! Это не перегружает насосы, это создает риск затопления насосной станции и создания аварийной ситуации! Там руководство быстро и адекватно прореагировало, но им нужна помощь правительства на новые насосы, больше лимиты электроэнергии, пути водоотведения.

Нарастание всех этих ситуаций с ускоренным подъемом шахтных вод к поверхности и переливания их из шахты в шахты неизбежно повлияет на шахтерские города. Их примерно полсотни городов и поселков стоит над выработанными пространствами! И мы входим в ситуацию, когда неизбежно будут и подтопления, и засорения, и выходы метана на поверхность под давлением воды и создания взрывоопасных ситуаций в подвалах, на первых этажах зданий. И в целом, засолением, подтоплением, загрязнением всего стока воды, вне всех военных и политических рисков, создается огромная опасность для жизнедеятельности всего региона. В природе границ не существует, работают только физические законы.

4

Что лучше — мокрая или сухая консервация?

Украинская сторона и сепаратисты предлагают противоположные интерпретации возможных последствий. Первые убеждены, что останавливать откачку воды опасно. Вторые утверждают, что безопасно. Министерство угля и энергетики самопровозглашенной «ДНР» заявляет, что опирается на выводы российских экспертов из петербургского института «Шахтопроект», федерального «Гидроспецгеология» и АО «ВНИМПИпроекттехнология» из Москвы. Там заявили: если шахту затопят, это не повлияет на радиацию, население и окружающую среду.

Лидер самопровозглашенной «ДНР» Александр Захарченко уверяет, что негативных последствий от затопления «Юнкома» не будет. Украинские власти называют его действия «шантажом» В их выводах говорится, что радионуклиды не попадут на поверхность и в грунтовые воды, а из «Юнкома» прекратят откачивать воду.\

Эксперты, которых цитируют сепаратисты, уверяют, что вредные вещества из «Юнкома» не попадут через подземные ходы в соседнюю шахту «Красный октябрь», и «загрязнение грунтовых и поверхностных вод исключено». Украинская власть, геологи и экологи, в свою очередь, считают, что на шахте нужно постоянно проводить водоотлив, чтобы не допустить попадания цезия и стронция в шахтные воды, затем в грунтовые, а оттуда — в реки Северский Донец, Кальмиус, а также в Азовское море.

Это называется «сухой консервацией» шахты. Сепаратисты заявляют, что осуществляют «мокрую». Эксперты объясняют, что к «мокрой» нужно специально готовиться: забить дыру для возможной ускоренной «миграции» радионуклидов, заложить, например, за пределами проекции камеры глину бентонит.

В 2003-м датские эксперты оценивали стоимость таких работ в 2-3 млн долларов. По информации украинской стороны, ничего из этого не сделали. Там просто демонтировали оборудование водоотлива.

Шахта не затапливается мгновенно. Это постепенный процесс, но на определенном этапе достигается точка невозврата, то есть когда откачать воду будет уже невозможно.

Период полураспада радиоактивных стронция и цезия длится около 30 лет, с каждым десятилетием активность радионуклидов уменьшаться.

В 2003-м Евгений Яковлев, главный научный сотрудник Института стратегических исследований, изучал ситуацию на шахте вместе с датскими коллегами. По его мнению, затопленный водой «Юнком» — это дополнительный источник загрязнения подземных и поверхностных вод. Оно будет происходить постепенно и может длиться десятилетиями.

Это будет происходить так:

Радионуклиды будут растворяться в воде, которая поднимется в водоносные, грунтовые горизонты;

Загрязненная вода будет фильтроваться в породах, просачиваясь сквозь подземный горный массив, и частично освобождаться от вредных веществ;

Вода из шахт будет выходить в почвенный горизонт. Этому может предшествовать «схлопывание ядерной капсулы» (резкое сжатие камеры. — Ред.)

Радионуклиды из этих грунтовых вод будут попадать в реки.

Все это время стронций и цезий будут разрушаться естественным образом, поэтому эксперты не прогнозируют масштабной катастрофы.

Однако это следует рассматривать в более широком контексте затопления шахт на Донбассе, чьи насыщенные тяжелыми металлами воды будут попадать в реки и Азовское море.

По данным украинского министерства экологии и природных ресурсов, затопление грозит 36 шахтам на неподконтрольных правительству территориях. Шахты на Донбассе соединены между собой под землей многочисленными ходами и вырубками, поэтому подтопление одной шахты может привести к подъему уровня воды в другой.

Существование густого переплетения таких подземных лабиринтов на Донбассе объясняет, почему ученым трудно прогнозировать, куда именно, в каких объемах и когда потекут радионуклиды. Тот же «Юнком» плотно переплетен под землей с двумя другими шахтами на неподконтрольной территории: «Красный октябрь» и «Полтавская».

Кто будет нести ответственность?

По прогнозам Евгения Яковлева, радионуклиды могут подниматься к поверхности в течение 8-12 лет. Еще 3-10 лет уйдет на то, чтобы они через грунтовые воды попали в Северский Донец и/или Кальмиус.

Эколог Алексей Василюк уверен, что определить какие-то временные рамки экологического загрязнения при нынешних обстоятельствах невозможно. «У нас нет точной информации о том, что там происходит сейчас. Из собственных источников мне известно, что подтопление «Юнкома» происходило еще с начала войны из-за перебоев с поставками электроэнергии», — добавляет он.

До войны за водоотлив из «Юнкома» платили украинские власти. На это ежегодно тратили миллионы долларов.

«Оккупационная донецкая администрация выставляла счет на более чем 600 млн рублей (около одного миллиона долларов) для того, чтобы предотвратить затопление этой шахты. Они хотели, чтобы заплатила Россия. Та сказала, что нет на это денег», — рассказал в комментарии BBC News Украина Юрий Грымчак, заместитель министра по временно оккупированным территориям и переселенцам.

По подсчетам нынешних донецких экспертов, ежемесячно на водоотлив нужно было 11 млн рублей (около 180 тыс. долларов).

Юрий Гримчак в середине 2000-х как заместитель председателя Донецкой госадминистрации имел дело с местными шахтами.  Он говорит, что украинские власти выбрали для «Юнкома» пожизненную «сухую консервацию». В его ведомстве решили, что надо обсуждать вопрос «Юнкома» в Минске.

Позиция Украины такова, что радионуклиды прежде всего могут загрязнить грунтовые воды вокруг Енакиева и дальше на восток — воды на российской территории. Евгений Яковлев отмечает, что риск стока радионуклидов затрагивает именно украинские территории. Шахта расположена близко к водостоку Северского Донца. Между ней и рекой немало горных вырубок. По этим подземным лабиринтам загрязненная вода может дойти до самого Донца.

Питьевую воду из него получают около 90% населения Донецкой и до 40% Луганской области. Украина мониторит качество питьевой воды в этих областях. «То, что делает Захарченко, — это шантаж и форма терроризма. Это «ползучий терроризм», последствия которого будут проявляться в долгосрочной перспективе, и прогнозировать их сложно. Украина требует от террористов прекратить этот шантаж», — заявил в интервью BBC News Украина Остап Семерак, министр экологии и природных ресурсов.

Теперь Украина будет требовать международного изучения ситуации на «Юнкоме». Однако пока неизвестно, при помощи какой именно организации или каких стран-партнеров можно будет этого добиться.

«В 1970-х годах, когда строилась Чернобыльская АЭС, российские эксперты говорили, что никакой угрозы нет, а потом произошла трагедия мирового масштаба. Я совершенно не доверяю непонятным институтам, выводы которых обнародуют террористы «ДНР». У меня вопрос, а были ли эти российские эксперты на той территории, спускались ли они туда?» — говорит Остап Семерак.

Украинские власти сомневаются, что российские эксперты, на которых ссылаются сепаратисты, на самом деле провели тщательное исследование шахты. BBC отправила запрос этим экспертам и ждет ответа.

В апреле местные телеканалы рассказывали, что шахту посетили депутаты так называемого народного совета «ДНР», а также провели заседание, участие в котором принимали все заинтересованные стороны. О российских экспертах там не упоминалось. Но в то же время авторы сюжетов отмечают, что местные жители обеспокоены затоплением шахты.

 Когда в 2003 году исследования на «Юнкоме» проводили датские эксперты, то они работали непосредственно на шахте. По прогнозам Алексея Василюка, массовое и неконтролируемое затопление шахт на Донбассе может привести к тому, что большие объемы загрязненных грунтовых вод попадут в реки и Азовское море.

«После Чернобыля это будет второе событие в истории Украины, которое по масштабу и разрушительному воздействию на окружающую среду можно будет признать экологической катастрофой», — отмечает эксперт.

Отравление питьевой воды, гибель животных и рыбы в реках и море могут стать первыми проявлениями такого загрязнения.

BBC News Украина обратилась с запросами в институт «Шахтопроект» в Санкт-Петербурге, в экологический департамент Донецкой ОГА, а также за комментариями к украинскому государственному предприятию «Днепрогипрошахт», которое готовило проект вывода шахты из эксплуатации. Мы спросили о возможных последствиях затопления шахты. На момент выхода материала ни на один из этих запросов ответа не было.

5

Шахта «Юнком»: вода с места подземного ядерного испытания добралась до горизонтов питьевой воды

10 июля 2020г.  Шахта «Юнком»: вода с места подземного ядерного испытания добралась до горизонтов питьевой воды.   Из-за затопления объекта «Кливаж», где в 1979 году провели подземное ядерное испытание, низкорадиоактивную воду фиксируют в 5 км от бывшей шахты «Юный коммунар» на оккупированной территории Донецкой области. Об этом сообщила «Международная комиссии по правам человека». Источник – Новости Донбасса.

Организация имеет подтвержденные данные о полном затопление объекта «Кливаж» по состоянию на 1 марта 2020 года.

«Суммарная концентрация радионуклидов в водоносных горизонтах прилегающей территории, при заборе на расстоянии 5 км от объекта составил 20-34 * 10 ^ 3 Бк / кг», — говорится в сообщении.

   Это значит, отметили в организации, что низкорадиоактивная вода уже поступает в горизонты питьевой воды.  Данные о состоянии радиационного загрязнения миссия получила через неофициальные каналы с оккупированных территорий и из измерений, проводимых независимыми экспертами.

http://ukrvedomosti.com.ua/Расследования Метки: 100-тонная «ядерная бомбаАзовское мореДонбассзатопление объекта «Кливаж»Шахта «Юнком»ядерный взрыв

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: