Это случилось в 1983 году. 17 ноября 1983 года в Грузии состоялась пышная свадьба Тинатин Петвиашвили и Германа Кобахидзе. Царило веселье, вино лилось рекой, однако новобрачные и их друзья почти не пили – они готовились к решающему мероприятию, которое должно было произойти на следующий деньзахвату самолета

Уроженец Тбилиси Гега (Герман) Кобахидзе считал себя избранным человеком, любимцем судьбы. Его отец был известным в то время режиссером, мать — актрисой. В их загородном доме часто собирались представители богемы, прочившие ему блестящее будущее. Уже в 20 лет он получил роль в культовом кинофильме «Покаяние».

Его окружала такая же «золотая молодежь» — 25-летний художник студии «Грузия-фильм», сын профессора Сосо Церетели, 25-летний студент Тбилисской академии художеств и сын управляющего строительным трестом «Интуриста» Давид Микаберидзе, 26-летний Каха и 30-летний Паата Ивериели — оба врачи, окончившие Московский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы (их отец был профессором, заведующим кафедрой Института усовершенствования врачей).

Немного странным в этой компании казался 32-летний, трижды судимый за грабеж и угон, Григорий Табидзе, однако если принять во внимание, что его отец — директор проектного бюро «Госкомпрофтех», он также вписывается в компанию.

Признанным авторитетом этой компании был молодой священник Грузинской церкви Теймураз Чихладзе. Собственно, это именно он и подтолкнул их к мысли бежать на Запад.

Однако обычными перебежчиками советские мажоры быть не хотели. Побег на Запад им виделся как акт неповиновения властям, и угон самолета выглядел идеальным способом.

Был составлен план, который подразумевал, что заговорщики приобретут билеты на самолет, а священник под рясой пронесет на его борт оружие и гранаты.

Однако когда у Чихладзе появилась возможность уехать за кордон по церковной линии, он стал тянуть с решением и в конце концов было принято решение делать все без «слабовольного попа». Они просто скопировали план захвата самолета из служебного фильма «Набат».

21-летний Гега и его возлюбленная 19-летняя Тинатин вскоре должны были играть свадьбу. В числе приглашенных на ее празднование была сотрудница Тбилисского аэропорта Анна Варсимашвили. Как раз ее новобрачные упросили сделать им «зеленый коридор». Анна работала дежурной международного сектора аэропорта и могла без досмотра пропустить отдельных пассажиров.

Утром 18 ноября Гега и Тинатин вместе с друзьями — Давидом Микаберидзе и Сосо Церетели — приехали в аэропорт и прошли в самолет без спецконтроля, пронеся на борт оружие: два пистолета ТТ, два револьвера системы Наган и две гранаты. Гранаты были учебными, но с боевыми запалами, однако террористы об этом не знали.

Братья Ивериели и рецидивист Табидзе прошли на борт как обычные пассажиры. Вместе с террористами в Ту-134А, который следовал по маршруту Тбилиси — Батуми — Киев — Ленинград, летело еще 50 пассажиров и 7 членов экипажа.

Штурман Владимир Гасоян рассказывает: «Борт уже заходил на посадку в Батуми, как вдруг мы получили команду возвращаться на запасной аэродром Тбилиси из-за погодных условий. Мы развернулись. Преступники этого не знали — они видели, что самолет снизился, и решили, что он садится. А от Батуми до Турции рукой подать! В этот момент начался захват самолета».

При «посадке» террористы решили нейтрализовать тех, кто показался им сотрудниками спецслужб. Пассажир по фамилии Соломония вызвал у них подозрение своим синим костюмом. Один из бандитов ударил его по голове, а второй выстрелил в ухо. Также были тяжело ранены пассажиры Плотко и Гвалия.

Когда на крики в салон вышли стюардессы Ирина Химич и Валентина Крутикова, то террористы взяли их в заложники.

Услышав требование: «Летим в Турцию», — Химич попыталась сообщить о нем по внутренней связи пилотам, однако Микаберидзе вырвал у нее трубку и ударил пистолетом по голове. Табидзе и Паата Ивериели, приставив к голове Крутиковой пистолет, повели ее к кабине пилотов. Летчики открыли ей дверь, и внутрь ворвались двое террористов.

В кабине Табидзе приставил оружие к голове командира экипажа.

— Какая Турция? Самолет не сможет совершить такой перелет! — ответил за него бортинженер Анзор Чедия. В ответ террорист несколько раз выстрелил ему в грудь. Следующим от пуль бандитов пал штурман-инспектор Завен Шабартян.

Вдруг раздались выстрелы с другой стороны и Табидзе, получив пулю в голову, упал. Его сообщник Ивериели был ранен в плечо и скрылся.

b592c7d4efe4e80047305e2818d59181

Оказалось, что по бандитам из служебного пистолета стрелял штурман Гасоян, который сидел за шторкой на штурманском месте. Воспользовавшись заминкой, открыл огонь и командир самолета Ахматгер Гардапхадзе. В это время его помощник Станислав Габараев стал совершать маневры из области высшего пилотажа: самолет резко терял высоту и раскачивал крыльями. Нагрузка на конструкцию лайнера в три раза превысила допустимую, однако он выдержал. А террористы, сбитые с ног, не могли вести прицельную стрельбу.

Схватив стюардессу Химич, Ивериели стрелял по пилотам из-за ее плеча. После того, как в магазине кончились патроны, террористы отступили к багажному отделению. В это время вторая стюардесса Валентина Крутикова пришла в себя и, оттащив в сторону труп Табидзе, смогла закрыть дверь в кабину пилотов. За минуту до этого они втащили туда раненого Шабартяна.

«Смотреть на него было жутко: пуля во лбу, из горла хлещет кровь, глаз вытек, — вспоминал командир самолета. — Он хрипел от боли, протягивал деньги: «Передай моей жене». Понимал, что умирает, а мы говорили: «Держись, сейчас придет подмога”».

Не реагируя на угрозы террористов, командир передал сигнал тревоги и взял курс на Тбилиси. В ответ бандиты устроили беспредел в салоне. Они застрелили пассажира Абояна и ранили еще пять человек. Двух бортпроводниц били и таскали за волосы.

Женщине, у которой кричал малыш, они сказали: «Пусть он замолчит, иначе мы отрежем ему уши и заставим тебя их съесть».

Наконец в 17:20 самолет коснулся шасси бетонки Тбилисского аэропорта.

«Я открыла запасной люк и прямо на ходу выпрыгнула, — рассказала на следствии стюардесса Химич. — Не знаю, как осталась жива. Помню только, что по мне стреляли».

bc9d1a1d2676615f7e8fef9292810fa5

Следом за ней бросилась и Валентина Крутикова, однако ее цинично расстрелял Микаберидзе. Увидев в иллюминатор знакомый аэропорт, бандюга пустил пулю себе в лоб.

Однако прочие террористы не намеревались сдаваться, требуя перелета в Турцию. В противном случае преступники угрожали взорвать лайнер с пассажирами.

Переговоры с бандитами на первых порах вел замначальника Управления гражданской авиации Грузии Кадзаная. Позднее приехали глава республики Эдуард Шеварднадзе, а также представители КГБ и прокуратуры. В аэропорт были доставлены родители террористов, но те не захотели с ними общаться.

Той же ночью в Тбилиси прилетел борт с сотрудниками группы «А» («Альфа») КГБ СССР. Пилоты вылезли наружу через форточку кабины и так же туда проникли спецназовцы.

19 ноября в 6:55 начался штурм самолета. За несколько минут «Альфа» мастерски обезвредила пятерых террористов. Причем бескровно.

Следствие по делу угона Ту-134А шло девять месяцев. За это время в СИЗО умер лидер угонщиков Сосо Церетели. Оставшихся — Каху и Паату Ивериели, Кобахидзе, а также священника Чихладзе суд приговорил к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 3 октября 1983 года.

Тинатин Петвиашвили была осуждена на 14 лет тюрьмы, но в 1991 году получила помилование президента Звиада Гамсахурдиа и вышла на свободу.

Ежов «Свадьба со стрельбой»

2

ОПЕРАЦИЯ «СВАДЬБА-2»

В общем-то, атака проходила быстрее, чем я о ней рассказываю. Сопровождалась она разрывами специальных светозвуковых гранат, которые превратили салон во что-то наподобие ада. Для непосвященных, понятно. Мы же были весьма и весьма натасканы для действий именно в такой обстановке.

5612549_original

Между креслами столкнулся с каким-то здоровяком. Кто такой, преступник или пассажир, раздумывать некогда. Прием рукопашного боя — готов, потом разберемся. Впоследствии он оказался законопослушным гражданином, ударившимся в панику, за что и пострадал.

Ладно, я двинул один разок, но злоключения пассажира этим не ограничились. После его заверений, что к террористам он отношения не имеет, ребята приказали ему покинуть самолет. Здоровяк на четвереньках быстренько допрыгал до двери и мешком вывалился на руки бойцов из группы поддержки. И хотя приземлился без единого синяка и ушиба, вскоре и те, и другие появились у него в изобилии. Кружившие у самолета сотрудники милиции и грузинской службы безопасности, приняв выпавшего за террориста, принялись его энергично молотить руками и ногами. Прекратили только после вмешательства «альфовцев» из снайперской группы. Но все это мы узнали потом.

Следующей на пути у меня стояла женщина и, злобно перекосив лицо, визжала: «Не подходите! Взорвусь вместе с самолетом!» Есть у нее взрывное устройство или нет, а если есть, то как оно приводится в действие, раздумывать было некогда. Как и вспоминать правила этикета в обращении с дамами. Прием и команда ребятам вышвырнуть ее из самолета. Лейтенантам тоже было не до гусарства, и через секунду леди уже трепыхалась в крепких руках парней из группы поддержки, густо усеявших бетонку.

На момент совершения преступления Герман Кобахидзе снимался в фильме «Покаяние» Тенгиза Абуладзе в роли Торнике. Закончил бы эту работу — был бы кинозвездой

На момент совершения преступления Герман Кобахидзе снимался в фильме «Покаяние» Тенгиза Абуладзе в роли Торнике. Закончил бы эту работу — был бы кинозвездой

Измочаленные многочасовым психологическим прессингом, ошарашенные взрывами гранат, нашими криками «Лежать! Всем лежать! Руки за голову!», пассажиры забились под кресла. Поэтому, когда я летел к местам, где, по нашему мнению, должны были находиться террористы, салон показался пустым.

Единственный человек, который не двинулся с места, находился справа в углу. Отметил краем глаза залитую кровью голову — значит, угрозы не представляет, а кто таков — разберемся. Потом оказалось, это был тот несчастный, которого террористы приняли за охранника лайнера и двинули ему по голове бутылкой.

Во время нашего движения прогремело несколько выстрелов. В последующем экспертиза установила, что преступники вели огонь в сторону пилотской кабины, то есть в нас. Палили они и в противоположную сторону, откуда шла другая штурмовая группа. Но, как любил говаривать генералиссимус Суворов, «пуля — дура…» Одуревшие от нашего натиска террористы не смогли сделать ни одного прицельного выстрела.

На пути к креслам, где, по нашим данным, сидели преступники, пришлось буквально пробежать по какому-то бедолаге, упавшему на пол между кресел. Ладно, потом извинимся. А вот и наш «герой»! На свободном кресле — кейс с открытым замком. Как выяснилось, именно в нем преступники держали гранаты, предназначенные для штурмующих. Не успели! Щелчок замка наручников — дело сделано.

В это время мы встретились и с другими штурмовыми группами, которые брали второй салон. Один из офицеров радостно выдохнул, что они задержали еще двоих террористов.

Однако простейшее арифметическое действие показывало, что одного экземпляра в нашей коллекции не достает. Пришлось рявкнуть: «Никому не двигаться! Руки за голову!» Ничего, пусть еще чуть потерпят настрадавшиеся люди, зато мерзавец не преподнесет напоследок очередного «сюрприза».

Посветил фонарем вокруг. Луч прошелся по лицу лежавшего на полу, по которому мы промчались, и я заметил, как его веки дрогнули. Но он сам оставался лежать без движения, притворяясь то ли потерявшим сознание, то ли трупом. Да, похоже, извиняться перед данным «товарищем» мы не будем. Обойдется.

Когда в салоне маленький ребёнок начал плакать, Тинатин Петвиашвили (на фото) пригрозила его матери: «Если он не заткнётся, я отрежу ему уши и заставлю тебя их съесть»

Когда в салоне маленький ребёнок начал плакать, Тинатин Петвиашвили (на фото) пригрозила его матери: «Если он не заткнётся, я отрежу ему уши и заставлю тебя их съесть»

Я громко скомандовал стоящему рядом лейтенанту, что если лежащий шевельнется, пристрелить его. Подействовало. «Отключившийся» тут же открыл глаза, поднял руки и завопил, что он не главный террорист, что главный находится во втором салоне. На него надели наручники и вместе с другими бандитами вытащили из самолета.

Predposylki-tragichnogo-terakta-1-1

…Началась эвакуация пассажиров. В салоне, где было произведено несколько выстрелов, которые могли повредить жизненно важные системы самолета, могла находиться и не обнаруженная нами взрывчатка. Мы все еще опасались взрыва лайнера. По словам очевидцев, один из преступников постоянно держал в руках ученический глобус. Этот глобус, накрыв специальным взрывозащитным одеялом, мы вынесли в первую очередь.

Пассажиры находились в шоковом состоянии, было много раненых, некоторые не могли перемещаться без посторонней помощи. Отец ребенка, который использовался заложниками в качестве живого щита, не смог вынести его сам из самолета. Попросил об этом нас, сказав, что только нам может доверить малыша. По-моему, лучшей благодарности не бывает.

Штурм самолета и эвакуация пассажиров в общей сложности заняли восемь минут.

Мы обезвредили всех преступников: четверых мужчин и одну женщину. У террористов было изъято два пистолета «ТТ», два нагана, а также две гранаты РГД-1 и Ф-1. Забавно, но как выяснилось впоследствии, эти гранаты были учебными, со вставленными в них боевыми запалами. При покупке оружия продавцы воспользовались невежеством террористов и всучили им болванки. Но ни преступники, ни мы об этом не подозревали.

…С рассветом 19 ноября кровавая трагедия завершилась. Бандиты застрелили летчиков Завена Шабартяна, Анзора Чедия, двоих пассажиров, зверски замучили бортпроводницу Валентину Крутикову. Получили тяжелые ранения и остались инвалидами штурман Плотко и бортпроводница Ирина Химич.

ГРУЗИНСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

Суд приговорил всех оставшихся в живых террористов к высшей мере наказания — расстрелу. Но это будет значительно позже. А пока все мы, и группа захвата, и группа поддержки, построились перед самолетом, проверили снаряжение.

Карпухин доложил начальнику «Альфы», что потерь среди личного состава нет, что оружие против преступников в самолете не применялось. Штурмующие сделали несколько предупредительных выстрелов и один — «освободительный». Один из парней зацепился за кресло ремешком, страхующим оружие, поэтому пулей из пистолета перебил фал.

Затем долго и старательно отмывались от крови в здании аэровокзала, ибо помогали пассажирам, среди которых было много раненых.

fd382b448095d7466f34b1c5105a9829

Отмывшись, снова построились… К нам вышли Шеварднадзе и генерал-полковник Ионаури. Эдуард Амвросиевич пожал каждому руку, сказал несколько слов благодарности за успешное проведение операции. Дал указание принять нас как самых дорогих гостей, показать Тбилиси. Нам было предложено провести в столице Грузии несколько дней, однако командир Группы «А» Геннадий Николаевич Зайцев сообщил, что уже дана команда на возвращение в Москву.

Отнюдь не «дети», а взбесившиеся мажоры пытались угнать самолёт. Они — самые настоящие убийцы, чьи образы «художественно осмыслил» Резо Гигинеишвили. И который получил за это премию и симпатии жюри «Кинотавра»

Отнюдь не «дети», а взбесившиеся мажоры пытались угнать самолёт. Они — самые настоящие убийцы, чьи образы «художественно осмыслил» Резо Гигинеишвили. И который получил за это премию и симпатии жюри «Кинотавра»

Не обошлось без курьеза. Как я уже упоминал, с помощью специальной техники салон самолета постоянно прослушивался. Эта аппаратура во время штурма работала в режиме магнитофонной записи. После завершения операции генерал Ионаури попросил Зайцева-старшего оставить пленку ему на память. Перед тем как передать ее руководителю службы безопасности республики, решили прослушать ее сами… Услышанное превзошло все ожидания! Если бы ребята умели краснеть, то напоминали бы, наверное, вареных раков.

После необходимой, на наш взгляд, редакторской правки нелитературных выражений, динамик воспроизводил бы только грохот выстрелов и шорохи коротких рукопашных схваток. От всего нами сказанного можно было оставить лишь две-три фразы: «Руки вверх! Всем лежать!»

— Из песни слов не выбросишь! — Геннадий Николаевич, почесав затылок, принял решение передать пленку так, как она есть, без ретуши.

За то время, которое мы провели в Тбилиси, нам удалось в полной мере ощутить грузинское гостеприимство. Прежде всего нас, такими как были, в черных летных комбинезонах, повезли завтракать в ресторан «Интуриста». Представить не могу, за кого нас принимали иностранцы, но глазами от удивления хлопали, это точно.

Сразу после завтрака на комфортабельном автобусе нас повезли на экскурсию по городу. Наверное, это было очень интересно. Говорю так потому, что буквально через несколько минут после ее начала я заснул — сказались усталость и напряжение бессонной ночи.

После завершения экскурсии нас ждал прием на правительственной даче. Естественно, вылетая из Москвы, смокингов и бабочек мы с собой не брали. Но хозяева на это внимания не обратили. Черные комбинезоны летно-технического состава только усилили колорит замечательного ужина. Хозяева извинились за то, что Шеварднадзе не смог принять в нем участие.

Прием удался на славу. Проведен он был на высшем уровне. За спиной каждого из нас стояло по официанту, которые внимательно следили за приборами и так быстро меняли тарелки, что мне пришлось попросить свою помощницу чуть ослабить свое внимание ко мне, так как я просто не успевал как следует поесть. Но блюд было так много, что моих сил на поросенка, зажаренного с яблоками, уже не хватило.

Было много красивых и поэтических тостов: за дружбу, за мужество, за смелость. Тамадой за столом был, естественно, Ионаури. От Совета Министров Грузии всем участникам операции были вручены ценные подарки: именные часы и сувенирные коньячные наборы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. «БЕССМЫСЛЕННАЯ БОЙНЯ»

После завершения вечера мы выехали в тот же самый аэропорт, где несколько часов назад произошла трагедия. Но просто так грузинскую землю покинуть не удалось: сотрудники милиции под страхом самых суровых «санкций» приказали авиадиспетчерам не выпускать наш самолет на взлетную полосу до тех пор, пока мы не зайдем в местное кафе. Там они по-простому, в складчину, организовали дружеский стол с шампанским.

5611336_original

Диспетчерская служба аэропорта Тбилиси этот приказ выполнила с удовольствием. В этом кафе мы все вместе еще раз отметили нашу маленькую победу. И только после этого улетели.

За успешное проведение операции многие из сотрудников Группы «А» были награждены: я и Михаил Головатов — орденами Красного Знамени, Демидкин — медалью «За отвагу», Карпухин, Серёгин и Забровский — знаком «Почётный сотрудник госбезопасности».

Но все же самой лучшей наградой стали воспоминания об искренней благодарности веселого, эмоционального и мудрого грузинского народа.

Свою свадьбу эти двое превратили в кровавую бойню

Свою свадьбу эти двое превратили в кровавую бойню

Однако пройдет всего восемь лет, и в ноябре 1991 года, во время правления президента Звиада Гамсахурдии, газета «Свободная Грузия» опубликует «разоблачительную статью» о том, как под руководством Шеварднадзе была проведена «бессмысленная бойня», убийство молодых «борцов за свободу и независимость», пытавшихся покинуть на самолете «империю зла».

Одновременно в авиагородке, где живут грузинские летчики, в сквере будет совершен акт вандализма: памятный камень с фамилиями погибших пилотов и бортпроводницы вывернут из земли и осквернят.

Другое время — другие герои. Только могут ли быть героями террористы?

На суде у них спросили:

— Вы же все дети высокопоставленных родителей. Взяли бы туристические путевки в Турцию и остались бы там, попросили политического убежища!

Ответ был обескураживающий:

— Если бы мы таким путем сбежали в Турцию, нас бы приняли за простых эмигрантов. Вот Бразинскасы, отец и сын, улетели с шумом, со стрельбой, стюардессу Надю Курченко убили, так их в США в почетные академики приняли…

Комментарии, на мой взгляд, здесь излишни.

ОТ РЕДАКЦИИ.

КТО ПЫТАЛСЯ УГНАТЬ САМОЛЁТ

Иосиф (Сосо) Церетели (главарь банды), 25 лет, художник киностудии «Грузия-фильм», сын члена-корреспондента Академии наук Грузинской ССР, профессора Тбилисского госуниверситета Константина Церетели. При попытке захвата кабины пилотов был тяжело ранен штурманом Владимиром Гасояном.

Умер в СИЗО до вынесения приговора.

Герман (Гега) Кобахидзе, 21 год, актер «Грузия-фильма», сын знаменитого кинорежиссера Михаила Кобахидзе (живет сейчас во Франции) и актрисы из княжеского рода Мачавариани. Нацист, поклонник гитлеровского Рейха. На момент совершения преступления снимался в фильме «Покаяние» Тенгиза Абуладзе в роли Торнике. Закончил бы эту работу — был бы кинозвездой.

Именно Гега Кобахидзе за несколько месяцев до свадьбы привел своих друзей на закрытый показ в киностудии фильма «Набат» про угон пассажирского лайнера. Эта учебная лента и стала пособием для воздушных террористов. Из нее они узнал, как захватить самолет.

В загородном доме, принадлежавшем семье Кобахидзе, будущие террористы учились стрелять из приобретенных пистолетов марки «ТТ» и «Нагана».

По суду расстрелян в 1984 году.

Дато Микаберидзе, 25 лет, студент четвертого курса Тбилисской Академии искусств, сын управляющего строительным трестом «Интуриста» Раждена Микаберидзе. Тяжело ранил пассажиров А. Гвалия и А. Плотко. Это он убил стюардессу Валентину Крутикову выстрелом в затылок, а затем застрелился, узнав о приземлении лайнера в тбилисском аэропорту.

Террористы Сосо Церетели, Дато Микаберидзе и Гия Табидзе. Первый, будучи ранен штурманом, умер в тюрьме, второй застрелился на борту, третий убит при попытке захвата самолёта

Террористы Сосо Церетели, Дато Микаберидзе и Гия Табидзе. Первый, будучи ранен штурманом, умер в тюрьме, второй застрелился на борту, третий убит при попытке захвата самолёта

Каха Ивериели, 26 лет. Окончил Московский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Отец — профессор медицины, заведующий кафедрой Института усовершенствования врачей Важа Ивериели. Работал ординатором кафедры госпитальной хирургии Тбилисского медицинского института.

Ворвавшись во время полета в кабину пилотов, шесть раз выстрелил в штурмана-инспектора Завена Шарбатяна (получил смертельное ранение). Был ранен штурманом Владимиром Гасояном.

По суду расстрелян в 1984 году.

Паата Ивериели (брат Кахи), 30 лет. Врач, окончил, как и брат, Московский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Сын заведующего кафедрой Института усовершенствования врачей. Практикующий врач. От его рук смертельное ранение бутылкой по голове получил пассажир Алуда Соломония, начальник управления «Рустагаза».

Именно Паата подошел к тяжело раненой пассажирке Ирине Кундеренко и сказал ей: «Что, ранена? Покажи, где ранение, я сам врач». Он посмотрел на рану и сказал: «Это тяжелое ранение, ты, наверное, уже не выживешь… Если хочешь, я тебя пристрелю, чтобы не мучилась!»

По суду расстрелян в 1984 году.

Григорий Табидзе, 32 года, безработный, трижды судимый за грабеж, угон автомобиля и злостное хулиганство. Наркоман, сын директора проектного бюро «Госкомпрофтех-образование». Мать — Мери Табидзе, педагог.

Тремя выстрелами Табидзе тяжело ранил летчика А. Плотко, находившегося в салоне самолета. Добил выстрелом пассажира Алуду Соломония, которого террористы приняли за переодетого сотрудника милиции.

При прорыве террористов в пилотскую кабину выстрелил в штурмана-инспектора Завена Шарбатяна (в него стрелял также Каха Ивериели) и сразил наповал бортмеханика Анзора Чедия.

Табидзе ликвидировал в пилотской кабине, куда ворвались террористы, штурман Владимир Гасоян, стрелявший из пистолета со своего места.

Тинатин (Тина) Петвиашвили, 19 лет, студентка третьего курса архитектурного факультета Академии искусств. Отец — крупный научный сотрудник (физик) Владимир Петвиашвили, в разводе, жил в Москве. Благодаря должностному преступлению работницы (дежурной) аэропорта, бывшей до этого свидетельницей на свадьбе, пронесла через депутатский зал на борт самолета огнестрельное оружие (пистолеты), из которого террористы во время полета убивали и калечили людей.

На момент совершения преступления Петвиашвили была беременна, но принимала наркотики. Когда в салоне самолета маленький ребенок начал плакать, Тинатин пригрозила его матери: «Если он не заткнется, я отрежу ему уши и заставлю тебя их съесть» (этот эпизод, как и ребенок, в фильме «Заложники» Резо Гигинеишвили отсутствует).

По причине беременности Тинатин была приговорена не к высшей мере наказания, а к длительному сроку заключения — четырнадцать лет колонии строго режима. В 1991 году была освобождена (амнистирована) президентом и радикальным грузинским националистом Звиадом Гамсахурдией, вышла замуж и, по некоторым сведениям, проживает на Кипре. У нее сын.

…Во время кровавой оргии, получив отпор пилотов, террористы убили в салоне пассажира Абояна, ранили еще пять пассажиров (своих знакомых Меливу и Шалуташвили, а также И. Киладзе, И. Инаишвили и И. Кундеренко) и издевались над стюардессами В. Крутиковой и И. Химич, причиняя им травмы и увечья.

«Группу террористов играют обаятельные и симпатичные артисты. Сцена, где эти милые ребята берут пистолеты и убивают людей, вызвала диссонанс в моей голове: но как же… ведь они же…»

«Группу террористов играют обаятельные и симпатичные артисты. Сцена, где эти милые ребята берут пистолеты и убивают людей, вызвала диссонанс в моей голове: но как же… ведь они же…»

Так что отнюдь не «дети», а взбесившиеся мажоры пытались угнать самолет. Главным мерилом добра и зла в их представлении была «красивая жизнь» — рестораны, золото, развязное поведение, чувство национального превосходства, джинсы и сигареты Camel. Они — самые настоящие убийцы, чьи образы «художественно осмыслил» Резо Гигинеишвили. И который получил за это премию и симпатии жюри «Кинотавра».

Впрочем, наши мастера кино отнюдь не впервые воспевают насилие и террористов. Один из примеров — тягостно-бездарный фильм «Мама» (1999 год), созданный по мотивам кровавой попытки угона в 1988 году пассажирского самолета семьей Овечкиных.

«В общем, Гигинеишвили создал… вытертую ластиком действительность, — написала журналист Ульяна Скобейда на страницах «Комсомольской правды». — Мог создать новый «Экипаж»: героизм раненого пилота Габараева, во время стрельбы совершавшего резкие маневры самолетом вверх-вниз, чтобы сбить террористов с ног, это позволяет — но! — у грузин болит другое. Какая ими руководила плохая Россия!

До героизма ли тут в самом деле.

Вопрос один: нам это надо — зачем?

Хочется ткнуть в едва зажившую язву? Пересмотреть «Покаяние», с которого начала расползаться ткань не самой плохой страны в мире? Выкопать труп советской Родины и еще разок надругаться над ним, как подсказано в этом сыгравшем чудовищную разрушительную роль фильме?

Не удержусь, скажу о еще одной неправде, которой очень удивился наш спецназовец (Михаил Головатов): богатейшая, одетая во все дефицитное Грузия 1980-х годов в нашей картине показана нищей. «Они могут обмануть новое поколение, выросшее в 1990-х, но я-то помню. И кожаные диваны, которые приезжие из Тбилиси скупали в Москве, и три ряда тарелок в ресторанах: такой бедной свадьбы просто не могло тогда быть. В фильме показана послевоенная Грузия…»

Открытые источники