Сильвестров говорит

Крупнейший современный композитор, вынужденно покинувший родной Киев, поговорил с DW о войне против его страны — Украины, об украинской музыке и о бойкоте русской культуры. Валентин Васильевич Сильвестров до последнего не хотел покидать родной Киев.

Под напором друзей и родственников, а также под впечатлением от немузыкальных звуков взрывов и выстрелов 84-летний композитор все-таки согласился переместиться в Берлин. Украинец Сильвестров является одним из крупнейших ныне здравствующих композиторов мира.

DW: Валентин Васильевич, как Вы пережили последние дни в Киеве и эвакуацию?

Валентин Сильвестров: Если честно, я не хотел уезжать. Я вообще уже устал жить в мире, где такое происходит. Но у меня есть дочь и внучка, они молодые. Пусть живут! Оттого и ввязался в это дело.

Сильвестров в Берлине

Композитор в Берлине

— Как вы вообще воспринимаете происходящее?

— Я начну издалека, с 2014 года. То, что сейчас происходит — в тысячу раз увеличенный Майдан. Я имею в виду расстрел Майдана, последний день. А ведь это были молодые люди, и русские, и украинцы, безоружные. А теперь Майданом становится вся Украина и весь мир. Майдан был камерным вариантом, знаете ли, трио или дуэт. А сейчас это уже оркестровая версия.

Никогда не слышала, чтобы Валентин Сильвестров, композитор тихой музыки и отшельник, говорил о политике.

— Я политикой никогда не занимался, да. Но вот что я думаю: очень важным, ключевым является событие, которое на фоне этого международного ужаса кажется мелким, — это отравление Навального. Политики наверху всегда делали какие-то пакости, но их злодеяния не фиксировались и узнавались хорошо если через 100 лет, а тут — буквально в тот же момент и тот же час. Трусы Навального — это факт, который осветил светом все злодеяния, которые были под сомнением: взрывы домов, убийства Политковской и Немцова. Это сразу стало стопроцентно ясно! И чтобы забыть эти трусы, которые у него теперь на голове вместо шапки Мономаха, на которую он претендует, он решил перейти в геополитику. Чтобы скрыть свой личный позор.

Мы все думали, что будет какая-то провокация — как поступил Сталин с Финляндией или Гитлер с Польшей. Так нет — взял и просто влез! «Денацификация», понимаешь, и «демилитаризация!» Порядок он отправился наводить в чужую страну, не понравилось ему, видите ли, что там своя армия и свой язык. А как должно быть? Или вот еще: он наносит якобы «точечные удары» по военным целям. А солдаты — не люди? Небось, сам если палец порежет — взвоет. А тут же люди гибнут! Вы что делаете, черти кремлевские?

Валентин Васильевич, давайте поговорим на другую тему: вот мы с Вами сейчас разговариваем на русском языке, родном для Вас и для меня. При том что Вы родились в Киеве, а я — в Москве.А ведь одним из официальных оправданий войны была защита русского языка…

— Это наглая ложь! Когда распадается империя, она оставляет после себя язык. Римская империя оставила после себя латынь, Британская империя оставила после себя английский. Русский язык — это латынь постсоветского пространства. Но язык империи — это не только язык этноса, но и язык, на котором делалась культура. На русском писали и казахи, и евреи, и украинцы. Например, в «Кобзаре» Шевченко есть «Слепая», написанная на русском. Есть великая русская культура, которая завоевала мир — это и живопись, и музыка, и литература. Но если посмотреть на судьбы этих людей, как в царской империи, так и в Советском Союзе, они всегда подвергались преследованиям.

— В сети курсирует открытое письмо деятелей украинской культуры с призывом к международным институциям — книжным ярмаркам, фестивалям, концертным залам и так далее — полностью отказаться от любого сотрудничества с российскими культурными институциями, а также, я цитирую, запретить «представителям Российской федерации участвовать в международных конкурсах, выставках, форумах и других культурных мероприятиях» и «перестать освещать русскую культуру в СМИ». Под этим письмом, кстати, стоит и Ваша подпись. Вы действительно считаете, что надо бойкотировать русских артистов и русскую культуру повсеместно?

— Нет, это неправильно. Поступать так — означает лить воду на мельницу Путина. Чтобы он мог сказать: «Посмотрите, как нас весь мир терроризирует! Какие же мы несчастные!» Это ему только поможет в зомбировании своего народа. Если идет речь об организациях или людях, которые персонально поддерживают Путина, то это другое дело.

Возвращаясь к ситуации Вашего отъезда из Киева: после трехдневного пути в Берлин Вы сказали, что все это время внутри Вас звучала тихая музыка. Что это за музыка?

— Вы, конечно, знаете выражение «Когда говорят пушки, музы молчат». Это не означает, что муза должна молчать в буквальном смысле. Главное, чтобы она не поддакивала. Вот, например, «Революционный этюд» Шопена. Он написан, как известно, в качестве личной, индивидуальной реакции на определенные события (подавление польского восстания против русского самодержавия в 1830 году, — Ред.). Но если подобная музыка попадет, например, в руки того, кто хочет совершить нападение, она может вдохновить на страшные вещи.

Я это к чему говорю: не должно быть ложного пафоса. В наше время музыка должна переходить в режим тишины, в режим молитвы и какого-то тихого, мирного дня. Музыка должна показывать, как хрупка наша цивилизация со всей ее мощью. В наши дни значение малого увеличивается, потому что величие цивилизации опирается на малое. Если малое правдиво, то и это величие правдиво.

Сейчас в Германии все бросились исполнять украинскую музыку, и оказалось, что ее здесь почти не знают. Нет ни нот, ни репертуара. И получается, что везде звучит только украинский гимн и «Мелодия» Мирослава Скорика. Ну и Сильвестров, конечно. Что такое украинская музыка? Кого надо знать, играть?

— Мой учитель Лятошинский — очень крупный композитор. Его Третья симфония — сочинение мирового масштаба. А вообще следует понимать, что украинская музыка, как и русская, — это прежде всего европейская музыка. Это часть европейской культуры. Фамилия Чайковский, например, очень распространена в Украине. Я как-то во время фольклорной экспедиции, еще студентом, был на деревенской свадьбе в западной Украине — так там жениха звали Чайковский! И в творчестве Чайковского есть столько украинского…

Я уже не говорю о том, какую роль сыграли в формировании самой российской государственности как украинцы, так и немцы. Александр Безбородько, десятилетия определявший внешнюю политику России, он кто? Украинский гетман! А Екатерина Вторая? Немка!

Да, Петр Первый прорубил окно в Европу. И в это окно потекли и поэзия, и философия, и музыка, и литература. А теперь Путин взял и в это окно высунул задницу. Задницу с ядерной кнопкой. Но эта задница — не лицо России. Лицо России — это русская культура.

Сильвестров композитор

Вы приехали в Берлин налегке, с одним чемоданом. Но чемоданом полным рукописей. Откроете секрет, что у Вас в чемодане?

— Ну, была же пандемия… И все это время что-то капало, а я просто подставлял стаканчики из нотной бумаги. Вот и накапало… А вообще мир вместе с искусством сейчас так грохочет, настолько подвержен глобальным идеям и такому нездоровому монументализму, что хочется просто вернуться в тишину…