ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ

Интернет-газета

ПАМЯТИ ПОЭТА. Его называли «мелитопольский Есенин»

Posted by operkor на Июнь 14, 2011

Лет  двенадцать  назад,  когда  я  работал  в  областной  газете,  ко  мне  пришла  женшина.  Представилась  женой  мелитопольского  поэта  Виктора  Харина.  Сообщила,  что  муж  тяжело  болен,  уже  несколько  лет  прикован  к  постели.  Подарила  сборник  его  стихов   «Сердце  на  ладони». Сборник  небольшой,  карманного  формата.  Предложила  ознакомиться  с  творчеством  мужа  и,  если  редакция  сочтет  возможным,  просила  опубликовать  в  газете  несколько  его  стихотворений.  Признаться,  я  довольно  скептически  отнесся  к  этому. 

Подумал:  очередное  графоманство.  В  редакцию  часто  приносят  такие  «шедевры».  Но  когда  ушла  посетительница,  и  я  открыл  сборник  Виктора  Харина,  оторваться    уже  не  мог,  пока  не  дочитал  его  до  конца. 

 От  стихов  мелитопольского  поэта  веяло  настоящей  поэзией.  Той,  которая  волнует,  тревожит.  Которая  входит  в  ваше  сердце,  как  любимая  мелодия.  С  тех  пор  этот  небольшой  сборничек   является  моей  настольной  книгой,  лежит  рядом  с  томиками  Сергея  Есенина  и  Николая  Рубцова – великих  русских  поэтов-лириков. 

И  это  не  случайно.  Потому  что  Виктор  Павлович  Харин – настоящий  большой  поэт-лирик.  Но,  к  сожалению,  мало  знакомый  широкому  кругу  читателей.  Его  уже  два  года  нет  среди  нас.   О    Викторе  Павловиче,    и  его  творчестве  рассказывают  мне рассказали мелитопольский  писатель  Михаил  Рыбка  и  вдова  поэта  Валентина  Харина.

 Харинский мир поэзии

 Михаил  Рыбка,  член  Союза  писателей  Украины:

 — Передо  мной – архив  тщательно  подобранный  и  систематизированный  верной  спутницей  покойного  поэта  и  нелицеприятным    критиком  всех  его  произведений  Верой  Михайловной  Хариной.  Лишний  раз  убеждаюсь,  что  пресса,  особенно  местная,  творчество  Виктора  Павловича  вниманием  не  обделяла.  Особенно  в  последние  годы  его  жизни,  которые  он  провел  прикованным  к  постели.

 Писали  о  нем  и  областные  газеты,  часто  печатая  его  пронзительную  лирику.  Появлялись  стихи  мелитопольского  поэта  и  в  городской  газете  «Авангард»  из  Катав-Ивановска  Челябинской  области,  где  он  появился  на  свет  в  1939  году,  где  провел  детство  и  юность,  и  связь  с  которым  не  прерывал  практически  до  конца  своей  жизни.

 Но  лучшие  годы  Виктора  Павловича  прошли  в  Мелитополе,  где  он  прожил  40  лет  и  где  создал  свой  волшебный  лирический  харинский  мир,  который  ни  с  каким  другим  спутать  невозможно.  И  который    по  достоинству,  увы,   у  нас  в  Украине  так  и  не  был  оценен.  Слишком  уж  русским  был  поэт,  слишком  высоким  национальным  накалом  и  духом  проникнуто  его  творчество.  Хотя  по  жизни  он  был  абсолютно  интернационален,  и  в  своих  стихах  не  раз  воздавал  хвалу  своей  второй  родине – Украине.

 Стихи  Виктор  Павлович  начал  писать  уже  в  зрелом  возрасте,  что  само  по  себе  тоже  необычно.  Большинство  поэтов  начинают  оттачивать  свое  мастерство,  как  говорится  «с  младых  ногтей».  А  Харин  обрушился  на  читателя  настоящей  лавиной.  И  буквально  за  несколько  лет  стал  признанным  мастером  местного  поэтического  цеха.  Об  этом  свидетельствуют  изданные  им  книги,  которые  стали  сегодня  библиографической  редкостью:  «Эхо»,  «Сердце  на  ладони»,  «Соловьиная  отрава»,  «Осенний  полонез»  и  «Живу  во  времени  твоем».  Увидеть  свет  они,  кстати,  смогли  только  благодаря  щедрости  меценатов,  которые,  к  счастью,  хорошо  понимают,  что  не  только  хлебом  единым  жив  человек.  Хорошая  поэзия  тоже  нужна  людям.

 Стихи  Виктора  Харина  знают  и  любят  не  только  в  Мелитополе.

 Вера  Харина,  вдова  поэта.

 — Вера  Михайловна,   с чего  начинаетсся  поэт  Виктор  Харин?  Пожалуйста,  представьте  его  нашим  читателям.

 — Родился  в  Челябинской  области.  Рос  в  таежном  поселке.  Синяя  речка  Катав,  высокие  горы,  пение  птиц,  суровая  природа  очаровали  его.  Он  говорил,  что  все  краски  и  песни  окружающего  мира  вошли  в  его  душу  еще  в  детстве.  Окончил  Челябинский  политехнический  институт.  В  Украину  приехал  в  1967  году.  Вскоре  мы  с  ним  познакомились  и  поженились.  В  Мелитополе  с  1968  года  работал  инженером,  заместителем  начальника  цеха.

 — Когда  начал  писать  стихи? Поэзией  он  увлекся  уже  в  зрелом  возрасте, в  27  лет.  Первое  его  стихотворение (с  юмором)  было  написано  на  рыбалке.  Потом  был  «Хуторок»  и  еще  несколько  незначительных  стихотворений.

 —  Но  это  было  уже  в  Мелитополе?

 —  Да,  конечно.  А  потом  он  обратился  в  литературный  кружок,  который  действовал  в  городе.  В  этом  кружке  был  такой  принцип:  если  «пощипать»   новичка  при  первом  посещении  им  кружка,  и  человек  не  испугается,  а  придет  еще,  то  он  будет  писать.  Была  там  такая  поэтесса  Вера  Кулешова,  она  поддержала  мужа.

 -А  что  тогда  представляло  собой  мелитопольское  литературное  объединение?  Все  были  начинающие?

 —  Да  нет.  Тогда  в  «литературном  братстве»  Мелитополя  были  довольно  зрелые  товкрищи.  Многие  имели  литературное  образование.  Михаил  Рыбка,  например,   окончил  литературный  институт  им.  Горького,  у  него  еще  при  советской  власти  в  Киевском  издательстве  вышла  книга  рассказов.  Селезнев – журналист,  писал  стихотворения  и  юмористические  рассказы.  Мечтал  издать  книжку  своих  произведений   Юрий  Дмитричев,  журналист.  Впоследствии  он  был   приглашен  в  Киев  освещать    заседания  Верховной  Рады.  Орлов  издал  четыре  сборника.  Был  еще  Каплин,  который  в  настоящее  время  живет  в  Москве,  издается.

 — Виктор  Павлович  умер  в  2007  году.  Каков  итог  его  литературной  деятельности  в  Мелитополе?

 -Он  издал  пять  сборников  стихов.  Шестой  издан  уже  после  его  смерти.

-К  сожалению,  я  не  был  знаком  с  Виктором  Павловичем.  Но  сборник  его  стихов  «Сердце  на  ладони»,  который  вы  мне  когда-то  подарили,  и  сегодня  является  моей  настольной  книгой.  Для  меня  Виктор  Павлович – поэт  с  большой  буквы.  Его  стихи,  на  мой  взгляд,  близки  к  есенинским.  Они  трогают  самые  заветные  струны  человеческой  души.   А  как  воспринимали  и  воспринимают  их  мелитопольцы?

 -В  Мелитополе  поэзия  мужа  давно  получила  признание.  В  2001  году  в  своей  научной  работе  ученица  девятого  класса  второй  школы-гимназии   Бузина  писала  о  Харине:  «У  виктора  Харина  три  сборника  стихов  и  все  они  вышли  в  период  с  1991  по  1996  год.  Случись  это  десять  лет  назад,  о   поэте  пронзительной  лирики   узнала  бы  вся  огромная   советская  страна   и  оценила  бы  его  по  достоинству».

 -Хорошо  сказано!   Я  прожил  немалую  жизнь.  Поэзией  интересуюсь  с  молодости.  Но  подобных стихов,  кроме  есенинских  и  рубцовских,  я  не  встречал.  Однозначно,  Виктор  Харин – талантливый  поэт,  такие  нечасто  встречаются

 -А  вот  как  о  Харине  написала  в  своей  дипломной  работе  студентка  Мелитопольского  государственного  педагогического  университета  Калашникова:  «У  Виктора  Харина  стихи-раздумья  наполнены  горечью  и  надеждой  на  лучшую  жизнь,  грустью  о  судьбе  двух  его  родин – Украины  и  России,  нарроды  которых  разрезали  по  живому».

 -Стихи  Харина,  как  и  Есенина,  очень  музыкальны.  Их  можно  петь.  Композиторы  еще  не  заинтересовались  его  поэзией?

 -Ну,  как  же!  Есть  и  песни  на  стихи  мужа.  Где-то  около  тридцати  его  стихотворений  положены  на  музыку.  В  том  числе  мелитопольскими  композиторами   Шульгиным,  Володиным,  Вовком,  Костицыным,  Поповым.  В  информационном  сборнике  «Кто  есть  кто  в  Мелитополе»  ошибочно  написано,  что  есть  диск  песен  на  слова  Виктора  Харина.  Диска,  к  сожалению,  нет,  есть  только  кассета.  Но  туда  вошли  не  все  песни.  Очень  жаль,  что  нет  там  и  песни  «Светлый  дождь»  на  музыку  Костицына.  Она  заняла  третье  место  на  областном  конкурсе  на  лучшую  песню,  посвященную  65-летию  образования  СССР.  Когда  эту  песню  исполняли  на  областном  радио,  то  проккоментировали  так:  «Песня  настолько  лирическая,  что  замирает  душа».

 — Какие  еще  из  харинских  стихов  положены  на  музыку?

 -Баллада  «Память»  Шульгина.  И  песня  этого  же  композитора  «Отрумянилась  зорька  алая».

 -Вера  Михайловна,  вас,  как  жену,  Виктор  Павлович  допускал  в  свою  поэзию?  В  смысле,  ваше  мнение  для  него  что-то  значило?

 -Муж  всегда  читал  мне  написанное.  Таким  образом  он  выверял  свои  произведения.  Если  я  слушала  со  слезами  на  глазах – считал,  что  стихотворение  удалось.  А  слезы  у  меня  появлялись не  только  от  грустного,  но  и  от  того,  что  было  написано  так,  что  лучше  не  скажешь.

 -То  есть,  вы  хоть  и  не  поэт,  а  настоящую  поэзию  чувствуете?

 -Я  с  детства  люблю  поэзию.  И  понимаю  ее.  Когда  из-под  пера  мужа  выходило  что-то  стоящее,  я  говорила:  вот  видишь,  как  хорошо  написал,  я  тоже  так  думаю,  только  сказать  не  умею.  Он  понимал,  что  это  шутка.  Иногда  не  соглашался  с  моими  замечаниями,  говорил: если  ты  такая  умная,  то  напиши  лучше.  Правда,  чаще  всего  он  сам  понимал,  что  надо  доработать.  Но  в  его  состоянии  трудно  давались  исправления.  Я  имею  в  виду  состояние  его  здоровья  в  последние  годы.  А  когда  получалось,  говорил:  «На,  читай,  а  то  тебе  все  не  так».  Самой  большой  наградой  для  меня    было,  когда,  готовя  к  печати  сборник,  он  обязательно  хотел  слышать  и  мое  мнение  по  этому  поводу.

-Виктор  Павлович  родился  на  Урале.  Там  с  его  поэзией  знакомы?

 -Об  Урале  в  целом  не  могу  сказать.  А  вот  на  его  малой  родине,  в  городе  Катав-Ивановск,  с  его  стихами  знакомы  и  даже  отклики  присылали  на  них.  А  когда  у  мужа  вышел  пятый  сборник  «Живу  во  времени  твоем»,  мэр  города,  где  родился  муж,  попросил  выслать  им  все   его  сборники  стихов.  И  мы  поездом  передали  30  экземпляров.  Сам  муж  уже  не  смог  туда  поехать.  Знают  мужа  и  в  городе  Уфе.  Я  не  знаю,  каким  образом  попал  туда  сборник  его  стихов, но  однажды,  когда  ездила  на  родину  мужа,  я  познакомилась  в  поезде  с  девушкой-студенткой.   Она  была  из  Уфы.  И  вот  она  сказала,  что  преподаватель  знакомила  их   с  творчеством  Виктора  Харина.

 Поэзию  мужа  читают  и  в  Киеве.  Сборник  туда  отвезла  жительница  Мелитополя  Чабанова.  Она  отдала  его  своему  брату.  Брат – летчик,  после  катастрофы  находился  в  больнице.  Там  стихи  Виктора  Павловича  читали  вслух.  Больные  слушали  стоя,  потому  что  собралось  много  желающих  из  других  палат.

-А  как  коллеги-писатели  относились  к  творчеству  Виктора  Павловича?  Как  оценивали  ее?

 -По-разному,  но,  в  основном,  хорошо,  ценили  его  как  поэта.  Но,  к  сожалению,  он  не  был  даже   членом  Союза  писателей.  Потому  что  распался  Советский  Союз.   А  новое  руководство  областной  организации   Союза  писателей  Украины,  мягко  говоря,  с  антипатией  относилось   к  русскоязычным  авторам.  Потом  для  вступления   в  Союз  писателей   необходимы  были  рекомендации   кого-то  из  мелитопольских  членов  Союза  писателей.  Но  одни  не  хотели  портить  отношение    с  Лютым (нынешний  глава  областной  организации  Союза  писателей  Украины – авт.),  другие  боялись,  что  муж  затмит  их  славу. Сам  он  заявления  не  писал…

 НИКОЛАЙ ЗУБАШЕНКО, журналист (для «Хроник и комментариев»)

 СТИХИ ВИКТОРА ХАРИНА   

 Эх,  калина-раскалина…

Эх,  калина – раскалина,               

Раскалилась  докрасна.

Бабье  лето,  паутина,

Даль  безоблачно  ясна.

И  висит  в  истоме  синей

Неприкаянная  грусть:

И  свобода — в  паутине,

И  в  цепях   родная  Русь.

Видно,  свет  сошелся  клином…

Крест  несем  издалека…

Красна  ягода  калина,

А  попробуешь – горька

 ***

 По  иронии  судьбы

 Так  уж  вышло,  так  уж  вышло,

(Видно  скромен, видно  тих)

Оказался  третим  лишним:

Парты  в  школе —  на  двоих.

     

Так  уж  вышло,  так  уж  вышло:

В  дождь  не  выйдешь  из  избы.

Оказался   третим  лишним

По  иронии  судьбы.

 

Так  уж  вышло,  так  уж  вышло,

(Ей,  судьбе,  видать,  видней)

За  него  ты  замуж  вышла, 

А  живешь  в  душе  моей.

 ***

 «Я  не  старый,  я  усталый…»

  

 Я  не  старый,  я  усталый.

(Сколько  нас  таких  кругом!)

 По  своим  дорогам  шалым

 Крест  негаданный  несем.

 

 Крест  сомнений,  крест  гордыни,

 Крест  измен  в  кромешной  мгле

 С  горьким  привкусом  полыни

 В  каждом  шаге  по  земле.

 

 Я  не  стар,  светлы  прогнозы,

 Но  шаги  не  так  легки.

 Только  эхо – боль  да  слезы

 В  каждой  буковке  строки.

 

***

           Молитва

       Дай  мне,  Бог,  не  почестей,

       Не  венец  Христа –

       Просто  жить  мне  хочется

       Лет  еще   полста.

 

      Ближнему – возрадуюсь,

      Зло  врагу   прощу.

      Проживу  не  жалуясь,

      Бей – не  возропщу.

    

       Ну,  скажи:  «Помилую,

       Так  тому  и  быть!» —

      Просто  я  любимую

       Должен   долюбить. 

 

        ***       

          Разговор  с  самим  собой

 

          Ледниковый  холод  дышит 

           Над  дорогою  моей.

           С  каждым  шагом – финиш  ближе,

           С  каждым  шагом – шаг  трудней.

           А  вершин  еще  так  много,

           Но  как  мал  остаток  лет.

           А  в  душе   —   змея-тревога

           И  душе  покоя  нет…

            —  Успокойся  серединой –

           Труден  путь,  пора  присесть.

           Ведь  за  той  твоей  вершиной

           Несравненно  выше  есть!

           И  с  нее  ты  звезд  не  снимешь…

           — Ну  и  что?  Но  в  этот  миг

           На  моей  вершине  финиш

           Станет  стартом  для  других.

            ***

           Между  прочим

 

         Между  прочим,  между  прочим

         Повторить  судьбу  не  прочь.

         Как  легко  тропинку  ночью

         Мне  указывала  ночь.

 

         Между  прочим,  между  прочим

         Не  длинна  тропинка  мне…

         Если  любишь – путь  короче,

          Если  любит – то  вдвойне. 

 

                   ***

   Эх,  судьбы  моей  дорога

   По  суровым  вехам  лет!

   Сколько  помню – все  тревога,

   Счастья  не  было  и  нет.

 

Сколько  помню – боль  да  слезы

  В  затянувшейся  борьбе.

Сколько  помню – больше  прозы,

Чем  поэзии  в  тебе.

 

               ***

 

Жизнь – всегда  первооснова.

И,  пройдя  сквозь  ад  ее,

Мы  свое  рождаем  слово,

Каждый,  видимо,  свое.

Но  всесущая  беспечность! –

Упускаем  звездный  час.

Мы  собой  рождаем  вечность,

А  она  живет  без  нас.

 

    ***

Все-то  в  памяти  осталось, 

Как  картинки  на  стене:

Ах,  как  сладко  целовалось

На  семнадцатой  весне!

Как  пылая  сердце  билось

Старикам  на  зависть  всем,

Как  кутилось,  как  любилось

В  золотые   двадцать  семь!

Как  легко  трудилось,  споро

В  той  рабочей  полосе –

Был  еще  в  запасе  порох

В  трудовые  тридцать  семь!

Боже  правый,  сделай  милость, 

Возврати  былое  вспять…

А  вчера  война  приснилась –

Как  бы  в  детство  не  упасть!

                  

* * *

Жизнь – награда  и  забава

И  рискованный  полет.

По  пятам  шагает  слава,

Только  что-то  отстает.

Пусть  она  не  свет  в  окошке, 

Но  с  величьем  короля

За  нее,  слепую  кошку,

Пью  бурду  из  хрусталя.

Может  быть сверкнет  при  жизни,

Как  июньская  гроза,

И  моей  родной  отчизны

Вдруг  откроются  глаза.

Постоянный адрес:  «ХРОНИКИ и КОММЕНТАРИИ» https://operkor.wordpress.com.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: